Основные силы отряда проскочили село насквозь и разместились у околицы, согласно приказу, полученному от Циммермана, готовые в любой момент атаковать село.

– Да никто ничего не устраивал. Дал им понять, что мы их на фуфельнике вертели со всеми их понтами блатными, да и все.

– Не, ну ты это серьезно или как? – аж подскочил Еременко. – Они в этих местах цари, боги и воинские начальники, а ты их вертел. Как дело будем делать?

– Да так и будем, как предполагали. – пожал плечами Циммерман. – А ты что, и вправду рассчитывал, что они за нами говно разгребать начнут? Не смеши.

Мы их выпустили, вооружили, дальше они сами справляются. Так зачем мы им теперь нужны?

– Лучше бы и дальше не нужны были. – остановился Еременко и посмотрел в глаза Циммерману. – А теперь Цацаев, у которого вполне готовых боевиков полторы роты, да еще всякой швали хватает, мечтает нам бошки отпилить.

– Мечтать не вредно. – все с тем же равнодушием ответил Циммерман.

Похоже было, что угрозы со стороны Цацаева он и впрямь всерьез не воспринимает. И почему – Еременко понять не мог. О чем и спросил."

"– Ну ты и наивный, Толя. – ответил Циммер.

– ты и вправду думаешь, что они нас отсюда выпустить собираются? Ты видел, как Маирбек этот на все наши цацки смотрел, что на нас висят? На «Вал» мой, например?

Он тряхнул своим бесшумным автоматом с оптикой.

– Да ничего подобного, никто нас так запросто отсюда не выпустит! – продолжил Циммер. – Они лишь ждут, добудем мы свой контейнер, или не добудем, вот и все. Чтобы потом, если мы его добудем, с нас его снять вместе с остальными трофеями, а затем отправиться в Центр торговаться. Понимают что если мы тут так за ним бегаем, значит он многого стоит.

– И что ты предлагаешь?

– Я уже сказал, действовать как задумано. А я попутно подумаю, что нам делать с Маирбеком этим и остальными твоими друзьями.

Татьяна Лапина.

12 мая, суббота, день.

После того, как броневик с четырьмя их товарищами, включая ее парня, уехал в полную неизвестность, она загрустила. Она, уже привыкшая к походной и боевой жизни, повоевавшая, привыкла все это делать с ним вдвоем. И оставшись одна, немного растерялась.

Примерно половину времени они проводили в секретах, охраняя лагерь двумя сменами.

Татьяна делила смену с Аней, Вика – с Ксенией. Леха же постоянно пропадал в разведке, надеясь перехватить противника еще на подходе. Все остальное время он посвящал просвещению своего не слишком обученного личного состава. Учил читать карту, учил по ней определяться, рисовал схемы стандартных засад, движения в разведке, учил маскироваться. В общем, всему, что мог знать бывший снайпер, срочник из морской пехоты, хоть и с боевым опытом.

Пока они были заняты делом, беспокойство отступало на второй план.