Цацаев повернул к нему побледневшее от злости лицо, сидевший у него за спиной здоровяк с черной бородой и в шапочке с зеленой лентой схватился было за РПК, но Мегрел поднял руку.

– Хватит. Этого не надо.

Негромкий голос старого законника остановил и заморозил ссору.

– Не надо здесь ссорится. Вы в гостях, мы гостей принимаем. Нехорошо. – он сложил ладони перед грудью в каком то монашеском жесте, затем резко и пристально взглянул в глаза Циммеру. – Но мой друг, Маирбек, сказал верно – не надо хозяйничать там, где не вы хозяева. Тогда хозяева оскорбятся, и будут правы.

Я знаю, что у вас подготовленные люди, и знаю, что вас так просто не возьмешь. Но я хочу, чтобы вы тоже знали – я человек авторитетный. Если наша дружба развалится, я могу связаться со Шкабарой, а у него две тысячи человек. Обратно вам надо идти через земли Полковника, а у него тоже почти тысяча.

Полковником звали еще одного законника, в свое время с большой помпой арестованного в Москве за вымогательство, и которого пресса, по всегдашнему своему незнанию деталей и пристрастию к громким словам окрестила Семой Живодером.

Сейчас он действительно командовал немалой территорией, и именно его людей перебили на железнодорожной станции.

– В общем, не надо устраивать ссору, когда ее можно избежать. Мы не хотим, чтобы гости вели себя как хозяева и это справедливо. А вы наверняка не хотите оказаться во враждебном окружении, когда вместо того, чтобы делать свое дело, вы будете вынуждены спасать свою жизнь. Тот же Маирбек воевал, он умеет устраивать засады.

– Ничего, мы тоже засаживать обучены. – буркнул Циммерман. – Маирбекам с Махмудами по самые гланды.

– Слушай, Ваня! – аж подлетел Цацаев, но снова был остановлен Мегрелом.

– Держитесь в рамках приличия. – сказал авторитет. – Или уходите отсюда. Не надо оскорблять тех, кто не оскорблял вас первым. Мы все сказали, а вам решать. Хотите войны с нами – мы готовы, хоть к ней нет повода. Если вы готовы уважать хозяев этой земли – мы не будем мешать вам делать свое дело. Мы друг друга поняли?

– Поняли. – ответил замолчавший было Еременко. – Надеемся, что если ваши люди заметят тех, кого мы ищем, они нам сообщат.

– Обязательно.

– кивнул Резо Габуния.

Еременко встал с кресла и вышел, не прощаясь. Циммер прошел следом, не обратив никакого внимания на Цацаева, сидевшего с таким видом, что казалось, он вцепится ему в горло зубами. Бородатый телохранитель бывшего боевика выглядел примерно так же.

– Ты на хрена скандал устроил? – буквально прошипел Еременко своему спутнику, когда они вышли на улицу и направились к двум командирским «Водникам», утыканных антеннами, возле которых стояло несколько человек в камуфляже и в черном.