Уж, поверь, это я смогу устроить! Я ошиблась в тебе! Мы все в тебе ошиблись, - она гневно бросала это Вики в лицо, но потом вдруг развернулась спиной и произнесла одно единственное слово, - Уходи!

Но Вики стояла как вкопанная и не могла пошевелиться. Эта Вещая явно понимала, о чём говорила – кожу Вики начало покалывать иголками и суставы подозрительно заныли – ей казалось, что очередной приступ у нее начнется прямо сейчас. Она не хотела сдохнуть как бешеная собака. Не здесь! Не сейчас! Она вообще не хотела умирать. И не хотела, чтобы из-за нее погиб Дэн, и эта его подружка, будь она Рожденная хоть Богом хоть Чертом. Она не хотела ни презрения, ни ненависти, она уже родилась азуром и знала каково это, когда тебя все не любят. И осознание реальности происходящего запоздало, но все же до нее дошло. Она смотрела на жесткую прямую спину своей собеседницы, на ее платье, зашнурованное крест-накрест от копчика до самой шеи по голой спине, на длинные прямые волосы, спадающие ровным шелковым потоком от макушки к талии, и представила себя на ее месте.

- Надеюсь, мне не придётся носить такое платье? Или все Пророчицы должны одеваться одинаково? – спросила она вяло, ноги у нее подкашивались от внезапно навалившейся усталости, и она снова опустилась на скамью.

Женщина развернулась, но глаза ее по-прежнему сверкали яростью.

- Одинаково только на официальных церемониях, - сухо ответила она, - Белое платье обязательно.

- Ненавижу белый. Я с ним сливаюсь и становлюсь похожа на моль, - поделилась Вики, - Надеюсь к тому времени хотя бы от этого зеленого оттенка я избавлюсь?

- Да, ты поправишься! Но если ты думаешь, что это забавно, то ты сильно ошибаешься! – и она сделала угрожающий шаг вперёд, - Потому что стать провидицей непросто. Нужно перейти на ту сторону боли. На ту сторону страха. На ту сторону отчаяния.

Она делала по шагу на каждую свою произнесённую фразу, пока не подошла к Виктории вплотную.

- Родной отец тебя предаст, мать проклянёт, друзья отвернутся, а любимый возненавидит... И если ты все это выдержишь…

- Стану пророчицей? – перебила её Виктория, вставая, чтобы она не нависала над ней как грозовая туча.

- Нет, но тебе предложат спасительное забвение. Ты сможешь все это забыть и тогда всё закончится… Или идти дальше.

- Есть ещё дальше? – Виктория старалась не подавать вида, глядя прямо в пронзительно-голубые глаза женщины, но ей было страшно.

- Да, ты должна простить трусость своего отца, понять боль своей матери, принять негодование своих друзей и смириться с выбором любимого. И, если ты этого не сможешь, то уже не получишь забвения. Но и не вернешься на эту сторону. Вечная жизнь с памятью о прошлом и невозможностью ничего исправить ждет тебя в случае провала.