Но хотя начальник тюрьмы с надзирателями и были рядом, я всё равно не смог разобрать, что именно говорил начальник тюрьмы. Видимо, слова предназначались только заключённому.

Но мне теперь и не нужно было знать, я и так всё понял.

Поэтому, когда прозвучала команда «На выход!», развернулся и вместе со всеми пошагал к дверям.

Всего нас было пять человек. Двоих, естественно, я не знал. Только Ёсико и сэнсэя Макото. Да-да! Он тоже попал в число тех, кто отправляется в академию магии. Хотя, в его возрасте… Да, не повезло старику! Мне даже стало его немного жалко.

Мы вышли в ту комнату, где меня вчера секли.

Прозвучала команда:

— Стоять.

Мы остановились.

Я со странным интересом рассматривал тех надзирателей, которые сейчас находились тут. Я искал вчерашних. Но кроме писца из вчерашних никого не было. Видимо, их смена закончилась.

Я старался держаться поближе к Ёсико. И рядом с нами держался сэнсэй Макото.

Дэнки Такаги вышел на улицу, и надзиратель-писарь ещё раз провёл перекличку. Теперь моё имя прозвучало чётко.

— Сейчас выходим и грузимся в транспорт! — начал инструктировать надзиратель. — Потом ждём остальных благословлённых и отправляемся. Если кто попытается бежать… Даже не пытайтесь! Вы будете молить о смерти!..

Надзиратель продолжал запугивать, а я в его словах слышал совсем не то, что он пытался до нас донести. Я слышал: «Как я вас ненавижу! Поубивал бы на месте! Но у меня нет такой возможности… Я желаю вам сдохнуть! Но не тут, а там, в академии. Там с нас за ваши жизни уже никто не спросит!»

А что? В этом что-то есть — принадлежать императору. Некоторые плюсы своего нового положения я уже увидел.

Когда закончился инструктаж, ворота открылись, и был дан приказ идти в транспорт.

Мне очень было интересно посмотреть, какой тут транспорт. Я пока видел только два варианта передвижения — пешком и через порталы. Теперь вот увидел и третий — что-то типа автобуса. Человек на двадцать пассажиров. Только без окон и без водителя. Магия, ёпт!

Я подтолкнул Ёсико в глубину салона. Макото поплёлся за нами.

Мы сели. Надзиратели убедились, что все на месте. Как будто мы могли сбежать.

Меня больше волновало не это — я пока не видел отца и не видел своих вещей. Очень мне не хотелось отправляться безоружным.

И тут в салон начали заходить те, кому повезло не попасть в тюрьму.

И среди первых был Кинпатсу. Он нёс большой баул.

Увидел меня и поспешил занять место рядом.

Кивнув на баул, прошептал:

— Тут твой отец передал…

Я кивнул и улыбнулся — молодец, батя! Справился!

Только я расслабился, как в автобус вошла Изуми.

Что? Изуми? Она-то здесь каким боком?!

* * *Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»"

"Увидев Изуми, майор первым делом вспомнил её белые кружевные трусики.