И тихонько приказал:

— Всем тем, к кому применены чары глухоты и слепоты, приказываю ощутить звуки кожей!

* * *Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Майор любил зиму. Зима у него всегда ассоциировалась с мирной жизнью и безопасностью. Потому что на задания он как правило отправлялся в жаркие страны. Почему-то все горячие точки находились именно в жарких странах. Или в странах, где климат не так суров…

Глава 24

Это было щекотно и немного раздражающе. Но если прислушаться или точнее причувствоваться, то можно было понять, кто именно и о чём говорит.

Как я и предположил, к Оринэ тоже применили чары глухоты и слепоты. К счастью, допрашивать начали не с неё. Преподавателей решили оставить напоследок, а первым делом допросить учеников. И не спеша пошли по рядам, по порядку.

Был правда один скользкий момент. Кто-то из этой четвёрки сказал, что у него ощущение, будто в его чары что-то вмешивается, но он не уверен. Наверняка почувствовал моё вмешательство. Чувствительный, блин!

Ответил ему старший, что это вряд ли. Единственный маг, который смог бы тут что-то сделать, это Оринэ, но её способность совсем в другой сфере, да и не будет она действовать против дисциплинарного комитета, она себе не враг. А остальные здесь в этой аудитории ни на что не годный сброд, которому ещё расти и расти!

Забавно, Райко он тоже ни во что не ставил.

Да, лаборант был не решительным, но я бы не сказал, что он какой-то слабый и беспомощный. Во всяком случае, у меня сложилось такое впечатление. Хотя я о его магической способности ничего не знал. Но вряд ли Оринэ взяла в лаборанты кого-то средненького. И уже тем более — слабого мага.

Что ж, излишняя самоуверенность представителей дисциплинарного комитета нам только на руку. Пусть и дальше недооценивают нас — тем меньше будет к нам внимания.

Я слушал, что отвечают мои соученики, и с радостью отмечал, что все говорят одно и то же, как под копирку. Значит, моя магия сработала как надо!

Когда очередь дошла до меня, вдруг оказалось, что я и вижу, и слышу. В том смысле, что нормально — глазами и ушами.

Я проморгался для виду и попросил повторить вопрос. Но потом рассказал всё то же самое, что и все, кто говорил до меня.

Снова погружаясь в беззвучную темноту, я думал о том, что с одной стороны, мы с дисциплинарным комитетом заинтересованы в одном и том же — выяснить, как именно ниндзя попали на территорию академии, какая у них цель, что за секретное оружие, которое может принимать вид императора, как это работает, есть ли у них ещё что-то подобное, что они успели сделать и кто их союзники на территории нашей академии магии?

А с другой стороны, методы, с которыми допрашивали меня и моих соучеников, однозначно ставили нас с дисциплинарным комитетом по разные стороны баррикад.