— Разорился и ты ушла?

В принципе… можно сказать, что душевно разорился и я ушла. Так что я смело кивнула, и, не удержавшись прыснула, хотя ситуация, в общем-то была печальная — меня тут как шлюху позиционируют и общаются со мной соответственно, а я сижу радуюсь. Пиздец. Но правда смешно.

Казаков мой настрой воспринял по своему, вероятно, как довольство, что мне милостиво позволили с ним трахаться за деньги, скучающе зевнул и встал из-за стола, накидывая на плечи куртку и одновременно роясь в телефоне.

— Так, пара моментов, раз уж мы тут откровенно разговариваем. — Не поднимая на меня взгляд произнес он деловым тоном. — Работаешь в прежнем режиме, зарплату плачу. От тебя, как уже сказал, слышу только слово «да» в любое время и на все, что я тебе говорю. В сексе я по настроению, могу и жестко трахнуть, могу и лирический настрой словить со всеми вытекающими. Не люблю резкий парфюм, люблю красивое белье и никаких волос кроме как на голове. А, да, справки о состоянии здоровья привези, может без барьерный метод защиты изберем, таблетки там всякие или что у вас еще там помимо презервативов. Решу в общем.

— Владислав Игоревич. — Окликнула я, когда он уже взялся за ручку двери.

— Что? — повернул голову в профиль, скучающе глядя на кадку с фикусом.

— Я сегодня не приеду, мне же отчеты готовить. — Подавляя истерику, произнесла я и помахала листами. — Вечер посвящу этому, вы же сами сказали работать хорошо.

— Тогда завтра. Заеду к десяти, есть еще одно дело. Или к одиннадцати, тут уж как выведу. В общем, заеду с утра. На всякий случай возьми сменный комплект одежды и все необходимое, скорее всего укатим. Дня на три, не больше.

Дверь за ним закрылась, а я рассмеялась. Смеялась весело так, задорно, наивно полагая, что ситуация и вправду смешная сложилась. Горькая, но такая смешная.

Какая же я наивная была в тот день, в тот час, в ту минуту.

Я думала тогда, что ад у меня начался с момента как Андрей уволил, потом изменил и отобрал все в ожидании когда на коленях приползу, и Света еще…

Нет. Я ошибалась. Ад начался именно в ту секунду, когда я сделала первую единственную ошибку — не восприняла Казакова всерьез. Больше я этого не повторяла никогда, но, тем не менее, основного положения вещей это так и не изменило — ад все же начался.

Глава 5

И снова. Явилось ясно солнце в десять утра. Сказал Тоне погулять и три дня не появляться дома и на работе. Я бы на ее месте вопросы задала, а не так, как она, покивав и не глядя на свою непосредственную и охуевшую начальницу, молча собраться и сбежать.

Казаков стоял посреди офиса, роясь в телефоне.

— Вещи взяла?

Нет.

Даже взгляда не поднял и продолжил:

— Хер с ним. Кофе налей. Через две минуты Спасский приедет. Едем на три дня за город.