"

"Для Зимина возникновение любых вопросов после сдачи отчетов было индикатором того, что сделали мы их халтурно и на отъебись и он это воспринимал всегда как личное оскорбление, за что снимал с нас по три шкуры, заставляя впредь усердно стараться и добиваться идеала. К этому он и приучил, к перфекционизму в работе. Здесь же от меня требовали ровно противоположного результата и цель мне была не понятна.

— Пока внимание определенной группы лиц будет поглощено этим вопросом, я решу парочку других. — Казаков со своим давлением и его гребанной иронией в глазах уже не пугали. Они раздражали.

Его где-то учили, что ли, отвечать так, что вопросов только больше становится?

— Полина Викторовна, — вздохнув так, как будто разговаривал с просто непроходимо тупым человеком, он сменил положение, чуть подавшись на стуле к моему столу и давяще глядя в глаза. — На бис: делайте то, что я вам говорю, последствия вас не коснутся. Что непонятного?

Мне показалось, или он едва сдержал «блять» в конце?

У нас контракт, там пункт о компенсации в случае если фирма Казакова понесет потери по вине аутсорсинга. И компенсация серьезная. Он ее вот удвоил на днях. Спецом для этого, что ли? А ему выхлоп какой?.. Нет, это бред, тут логики нет. Господи, я не смогу… Зимин… Что делать-то?..

Он прицокнул языком и снова откинулся на спинку кресла, как будто подведя итог, что я просто безнадежна.

И у меня едва не бомбануло. Во-первых, мне Зимин шею свернет!

Мать твою, Казаков! Ты что, Дамблдор, что ли? Как ты наколдуешь то, что вопросы будут, но последствия нет?! Это было раз. Во-вторых, я занимаюсь бухгалтерией. Я! Не надо мне говорить, как делать мою работу! Мой гуру просто удавил бы тебя за это на месте! В-третьих… а в-третьих я бы от всего этого отказалась и высказала причины вслух, если бы не была связана обязательством с Ерохиным. И согласно этим обязательствам мне нужен был компромат на СТО Казакова. Но как этого добиться, если он мне не будет доверять и соответственно не даст сунуть нос в черную бухгалтерию?..

Глубоко вздохнула, сверля взглядом перечень фальшивых машин, которые мне нужно будет дописать.

Н-да. Пока мне удается собрать компромат только на себя.

Подняла на Казакова взгляд и невольно похолодела от легкой иронии в его глазах и едва заметной полуулыбке, тронувшей губы. Казалось бы, он прекрасно слышал мой внутренний протест, словно бы я действительно проорала его вслух. Меня мимика подвела? Да быть не может. Тогда в чем дело?

— Мне подождать? — негромко спросил он, вопросительно приподняв бровь.

— Чего подождать? — слишком нервозно взяла листы и это не осталось для него незамеченным — его улыбка стала отчетливой. Унизительной.

— Вашей новой попытки соблазнения, Полина Викторовна. Или сегодня вы не будете меня веселить?

Сука.