Смотрю в его сытые, довольные глаза, улыбаюсь.

— Как прошла поездка? — осторожно спрашиваю.

Эмин чмокает в нос, поправляет на себе одежду, идёт к холодильнику. Я терпеливо жду. Каждый раз, когда он возвращается из Грозного, нужно пару дней аккуратно интересоваться делами с того края. Чувствуешь себя сапером, не знаешь, где рванет.

— Нормально. Малика приедет к нам в конце недели с ребятами.

— Ильяс и Эльдар будут рады! Иман передумала ехать к нам в отпуск?

— Она решила побыть дома. Я так понимаю, что это из-за Али.

— Ты думаешь у них что-то получится?"

"— Буду верить. Али отличный парень, благодаря ему я не торчу в Грозном каждый месяц. И он не будет Иман ограничивать стенами дома и детьми. Во всяком случае, я матери запретил лезть в эти отношения и вообще, как-то проявлять инициативу по поводу замужества Иман.

Дальше нужно дать ему время привести мысли в порядок по поводу матери. В начале я по глупости лезла к нему в душу, пыталась проявить себя этаким опытным психологом, помочь двоим не чужим друг другу людям сблизиться. Эмин огрызался, обижал меня своим нежеланием делиться, потом просил прощения, но в отношения между ним и матерью меня не пускал.

Свекровь была против нашего брака. С годами её позиция не изменилась. Мы, конечно, познакомились. Я приехала через пару дней с Ильясом после свадьбы Саны. В первый же день она устроила смотрины. Я ещё не пришла в себя с дороги, как дома собрались разновозрастные женщины в платках. Сидела среди незнакомых мне людей, нервничала, не позволяла себе расплакаться, хотя хотелось. Смотрела на всех свысока, дерзко и не отводила глаза в сторону. Её злила моя непокорность, моя вызывающая позиция и то, что я молчала, не жаловалась Эмину. Для неё я была ""иноверкой"", ""чужачкой"". Было тяжело находится под пристальным вниманием всех её родственников пожилого возраста, чувствовать кожей осуждение, презрение. При Эмине она играла роль, мило улыбалась, восхищалась внуком, но на руки ни разу не брала. Это меня окончательно добило. Для неё мой сын был не таким, как все. Нечистый что ли. Ради Эмина я терпела это пренебрежение, радуясь, что со мною Ильяс, что сестры мужа оказались более дружелюбнее. Даже друг, Асхад, брат Амины, и то проявил больше лояльности, чем свекровь. Я думала, что мой Эмин не знал о нашей ""холодной войне"", но ошиблась. Однажды пришёл, попросил собрать вещи, перевез к Малике, к своей сестре. Мы с нею виделись, но не общались, всегда были с кем-то, наедине никогда. Провожали нас многие, но её не было. Больше мы не пересекались и была счастлива, поняв впоследствии, как себя вести с Эмином, когда он возвращается из Грозного.

— Я думаю в следующую поездку взять мальчиков. Радик предлагает съездить с детьми в горы.

— Девочки не вписываются?

— Нет.