О нет, только истерики не хватало…

— Да, мне не нравится, что она тут сидит.

Я пожал плечами, показывая, что мне пох*й на ее мнение.

— Кэти наш гость, она будет сидеть за столом как любой наш гость, и не тебе решать, кто и где будет сидеть, — Оливия хотела что-то возразить, но я ее перебил, — ты тут вообще не живешь, а приезжаешь только раз в год и то, если тебя папа поманит сюда деньгами или гастроли, так что ты тоже отчасти наша гостья, поэтому сиди тихо и не диктуй свои правила.

Сестра не выдержала и, резко вскочив и шумно отодвинув стул, чтобы все это видели, ей же нужно внимание, со слезами на глазах сказала:

— Когда ты успел променять меня на какую-то очередную шлюху? — последнее слова она прокричала и убежала.

Пизд*ц, драма.

Я потер переносицу. За что мне такая семейка, а?

Меня отвлекала чья-то рука на плече. Лениво повернув голову в ту сторону, я заметил испуганный взгляд Кэти.

— Максим, мне так жаль, прости, это все я… я не хотела, — бормотала она чуть подрагивающим голосом.

Я сжал ее хрупкую ручку у себя на плече и сказал:

— Ты не виновата, Оливия она так устроена, ей постоянно нужно внимание, она не привыкла меня с кем-то делить, — взгляд Кэти потускнел, сейчас она чувствовала себя ещё хуже, — я принесу воды.

Направившись на поиски графина, я встретил мать. Она озабочено подошла ко мне и спросила:

— Что с Оливией?

Я вздохнул. От матери так просто не отделаешься.

— Как всегда.

Мать закусила губу и прошептала:

— Иди, успокой ее. Вы же все-таки брат и сестра."

"Я повернулся к ней.

— Мам, а я за*бался, — из-за мата она сморщилась, — потакать ее капризам, из-за вас она и стала такой. Может нужно дать ей время? Поплачет, успокоиться, потом все заново.

— Максим, ее уже не исправишь, а праздник не хочется портить, отец расстроиться, разозлиться на тебя. Я же как лучше хочу, — ее нижняя губа дрогнула.

О Господи, только ещё одной плачущей женщины в этом доме не хватало.

— Ладно, ща схожу, только воды отнесу Кэти.

Мать кивнула, а когда я уже пошел, откликнула меня:

— Максим! Спасибо.

Я кивнул и ушёл. Дом2 какой-то…

Свою рыдающую сестрицу я нашёл в кладовой. В детстве она часто уходила сюда, чтобы поплакаться, поэтому найти не было проблемой.

— Пойдём, — позвал я ее, остановившись у входа.

Оливия меня проигнорировала. Как и всегда.

— Бл*ть, Оливия, там родители тебя заждались.

После моих слов она ещё сильнее разрыдалась. Я подошёл к ней и сел на табуретку, стоящую рядом. Моменты из детства появились перед глазами. Годы идут, но будто ничего не меняется.

— Я никому не нужна, — промямлила она.

— Нужна, ты и сама знаешь.

Она начала упорно отрицать это, мотая головой в разные стороны.