Оттолкнуть его у меня не получилось, поэтому я решила предупредить его:

— Никогда меня так не называй, меня от этого тошнит.

И сделав последний толчок, я наконец выбралась из его хватки и, быстро оглядев народ, который собрался вокруг нас, заметила обеспокоенное лицо Ники. Вот где! В глазах неожиданно помутнело от резких движений.

Воспользовавшись моим замешательством, Максим опять схватил аккуратно меня за руку, тем самым удерживая на ногах.

— Голова кружится? Что случилось? У тебя кровь, — указал он на мою шею."

"На секунду я застыла, всматриваясь в его обеспокоенное лицо и оживленные глаза, удивляясь, почему же все-таки у нас не получилось, почему именно он и я, почему никто не другой? Зачем Максим вообще появился в моей жизни и разрешил все воздвигшие мною стены, которые я так упорно выстаивала? Но это длилось не долго, голос Марины, звавший его, отрезвил меня:

— Максим!

Она звала его.

Они были вместе. А я была третьим лишним.

Собравшись с силами, я оттолкнула его и, кинув последний взгляд на разъяренное лицо Марины, волосы которой были похоже на перекати-поле, и Максима, обеспокоенного тем, что произошло, прокричала им обоим:

— Отвалите уже от меня оба, разбирайтесь сами в своих ненормальных отношениях, и меня, пожалуйста, не вмешивайте в это.

Взяв за руку Нику, я отвернулась от застывших тел и пошла выходу, пока до меня не дотронулась чья-то рука.

— Кэти, подожди, что ты несёшь, у нас же все было хорошо, — тихо сказал Максим, чтобы никто не услышал.

Взглянув на его лицо, я поняла, что то, что я собираюсь сказать, ранит меня сильно. Может позже я буду жалеть, плакать, а я точно знаю, что буду, ибо слёзы, стоявшие в моих глазах, были готовы прямо сейчас пролиться от несправедливости, глупости и безысходности.

Я не позволю с собой обращаться как с куклой, когда он захочет снова прийти ко мне. Все, хватит, знаю, что если дальше буду тешить себя мечтами, будет хуже. Но куда уже хуже?

— Нет никаких «нас», Максим, усвой уже! И никогда не было, — со злости и обиды шепчу ему, спрашивая молча взглядом: «что же ты с нами сделал?»

Его желваки напрягаются, а взгляд становится ледяным, будто он только сейчас осознал, что ничего не было и его шутка не удалась.

Для кого-то смешно, а для кого-то больно.

Но откуда я знала, что в тот вечер причинила боль не только себе?

Закрыв глаза и выбравшись из этого проклятого дома, мы с Никой сели в такси, где я, не сдержавшись, расплакалась на её плече.

Глава 39

Катя

Выходные выдались… ужасными. Дни пролетели незаметно, и вот уже вечер воскресенья, я лежу в кровати, где провела все выходные, и собиралась провести оставшееся время перед учебой.