– Вы не ошиблись. – Эвальд достал удостоверение.

Калле небрежно поглядел на него и махнул рукой:

– Я верю, что вы из пол… простите, из НКВД.

Его небрежность, деланая, специально рассчитанная на скандал, почему-то вызывала у Эвальда совершенно противоположную реакцию. Ему было смешно смотреть, как этот здоровый детина пытается под маской небрежности скрыть явно ощутимое беспокойство. И хотя лицо тренера оставалось спокойно-бесстрастным, в глубине глаз, где-то совсем далеко, жило это беспокойство.

Эвальд решил принять правила игры, навязанные ему этим человеком. Что ж, пусть Калле не знает, что он видит его тревогу, пусть думает, что игра его не понята и инициатива остается за ним.

– Я думаю, что нам лучше поговорить не здесь, – холодно сказал Эвальд.

– Вы хотите отвезти меня к себе?

– Нет, я хочу, чтобы вы нашли комнату, в которой можно спокойно поговорить.

Мимо них, поигрывая теннисной ракеткой, прошла высокая девушка. Она кивнула Калле и с любопытством поглядела на Эвальда. В конце коридора она опять обернулась.

– Так как же? – спросил Эвальд.

– Пойдемте. – Калле вынул из кармана ключ.

Маленькая комната стерильной элегантностью была похожа на своего хозяина. На стене висели литографии с картин Адамсона и Тедера, в застекленной полке переливались золотом и серебром кубки и медали.

– Садитесь. – Калле опустился в кресло у стола. – Ничего не могу предложить вам. Такое время. Раньше у меня был маленький бар, прямо в стене.

– Ничего. – Эвальд сел на обитый кожей диван. – Это не главное. Мне нужен не аперитив, а ответ.

– Ответ?

– Да, Калле. Я задам вам один вопрос и надеюсь получить ответ, устраивающий меня.

Тренер пожал плечами. Лицо его было все так же бесстрастно.

– Кому вы говорили о командировке Магнуса?

Калле молчал, все так же глядя на Эвальда.

– Ну? Запомните, Калле, мне бы очень не хотелось вырывать вас из этого мира атлетики и побед. Очень бы не хотелось.

Тренер молчал.

– Ну что ж, – Эвальд встал, – вы знаете, я могу предоставить вам время подумать на Батарейной. Пошли.

Калле встал и снова опустился в кресло.

– Я жду вас. – Эвальд сунул руку в карман, нащупал рукоятку пистолета.

– Я говорил… – Голос Калле потерял былую звучность. – Но она не замешана ни в чем. Я уверен.

– Буду рад разделить вашу уверенность. Кому?

– Инге Саан, нашему тренеру по теннису.

– Это она проходила по коридору?

– Да.

– Ее адрес.

– Она живет на Сютисте-Тээ, семь.

– Вы пройдете со мной в наркомат и напишете все это.

– А потом?

– Потом вы вернетесь сюда, будете тренировать команду и навсегда забудете о нашем разговоре.

* * *– Давайте покурим, – сказал Соснин. – Покурим и еще раз подумаем обо всем.

В кабинете начальника отдела сидели оперработники бригады Пальма и майор Лембит.