Над землей все внимание должно быть уделено окружающему пространству, иначе быть беде!

Похлопав подставившую лобастую голову Маршу по бугристому хитиновому щитку, девушка преодолела последние ступени проржавевшей лестницы, отделявшие ее от поверхности. Боевая подруга и транспорт в одном лице — точнее, морде — та прекрасно чувствовала себя под землей, а вот наверху днем слепла от яркого солнца и терялась, начинала нервничать, и попадаться ей под ноги в нестабильном состоянии не хотелось бы даже самой Венди. Потому Марше лучше будет остаться там, где она есть.

— Прости! — шепнула девушка в люк, глядя в укоризненные выпуклые глаза напарницы. — Вечером тебя выпущу обязательно!

И решительно захлопнула крышку, отрезая Марше путь наверх. Конечно, никто не помешает той очень быстро прокопать новый, но оспаривать команды ездовая медведка не будет. Сказали сидеть и не высовываться — будет сидеть как миленькая.

Тем более, что сбор трав много времени не займёт."

"Девушка успела за прошедшие годы как следует изучить этот приграничный участок. Другие разведчики не рисковали сюда соваться, слишком уж близко подбиралось изменчивое искажение, а не у всех имелась столь мощная поддержка, готовая проделать дыру в земле в считанные секунды, даже если собственный дар мага не справляется. В эпицентре аномалии магия часто давала сбой, оставляя человека наедине со взбесившейся стихией, и помощь Марши в такие моменты сложно было переоценить. Благо прибегнуть к ней Венделин пришлось всего три раза и ни об одном из них не знают ее родители.

А то не выйти ей из комнаты до старости!

Едва уловимая дрожь земли слева отозвалась знакомым ритмом. Марша пробивала себе путь, отклоняясь от основного тоннеля, не пожелав оставлять хозяйку и подругу без поддержки. Венделин улыбнулась, поправила детектор на поясе — который теоретически должен предупреждать о приближении искажения, но на практике замечал его только в непосредственной близости, так что лучше на всякий случай не зевать, — и двинулась вперед, к видневшимся в низине сизо-сиреневым, вывернутым причудливым образом зрелым цветам свистуницы.

Девушка ступала осторожно, проверяя магией почву перед собой. Нередко аномалия оставляла после себя зыбучую почву, болото, а то и скрытую травой трещину, провалиться в которую может и не выйдет, а вот ногу вывихнуть — запросто.

В десятке метров от заветных соцветий она совсем замедлила шаг и прищурилась, вглядываясь в густую поросль толстых стеблей.

Свистуница как раз опылилась и выстреливала спорами на малейшее движение. Венделин, не задумываясь, опустилась на землю, уходя с линии обстрела, и поползла, изредка переворачиваясь на спину и собирая исподтишка тяжёлые соцветия.