– Снежинка, от тебя с кофтами уже дети убегают, – смеется муж, целуя нашу старшенькую в пухленькую румяную щечку. – Тебе дай волю, они дома в комбинезонах ходить будут?

– А вдруг она замерзнет, м?

– Я казу, – заверяет меня маленькая принцесса.

– Казет она, – передразниваю, показывая дочурке язык. Отчего та снова начинает хохотать, становясь еще больше похожа не отца! Наша маленькая кареглазая темноволосая красавица, абсолютная копия Дамира. Переняла от отца не только самые лучшие внешние черты, но и упрямый характер."

"– Раз у вас такая идиллия, значит, ты на нее и наденешь кофточку, папочка, – задираю победно нос и целую мужа в щечку, как бы невзначай впихивая ему в руки тот самый предмет гардероба.

– Эй, мы так не договаривались! – притворно возмущенное в спину, и меня настойчиво притягивают к себе за талию, не отпуская.

– Га...лись… лись, – пытается выговорить новое слово Ари, забавно его картавя и морща свой носик-кнопку.

– Вот видишь, даже дочурка говорит, что мы договорились. Все, а я пойду Амину соберу, а то через час Новый год, а у нас тут шале на ушах стоит!

– Это ты всех наприглашала, наслаждайся, – шепчет Дам мне на ушко, забираясь ладонью под такой же, как на нем темно-серый свитер, разгоняя мурашки подушечками пальцев. – Ну, вот зачем, м? Снежинка, я так соскучился по нашему уединению, – тяжелый мученический вздох мне в макушку.

– Новый год – семейный праздник!

– И ты решила собрать ее всю? Я тебя специально в горы увез, но нет же…

– Не бубни, бубнюка, – привстав на носочки, быстренько целую смеющиеся любимые губы. – Я договорилась, завтра бабули и прабабули заберут у нас малышню, и у нас будут целые сутки только для нас двоих, – шепчу тихонечко, млея от взгляда Дама, который и спустя три года с момента нашего знакомства, все такой же острый, яркий, страстный и полный нежной любви.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Три года с момента нашего знакомства и, с ума сойти, почти два года с рождения дочери! А если быть точнее, то ровно год и девять месяцев назад у нас в семье появилось наше маленькое крикливое чудо. Наш первенец – Арина Дамировна Абашева.

Помню, после того, как в Афинах мы узнали, что ждем малышку, Дам будто с ума сошел! Конечно, в хорошем смысле. Носился со мной всю беременность, как с хрустальной вазой, оберегая и от друзей, и от врагов и вообще, дай волю, посадил бы дома на диван и не разрешал вставать. Это было умилительно-забавно, и так грела душу такая гиперопека, что я, как истинная женщина, этим, не смущаясь, пользовалась.

Правда, признаю, именно тогда мы впервые слегка поругались. Ну, как поругались? Я дула щеки, гормоны бурлили, слезы буйным потоком, истерика на самом пике, а Дам с присущем одному ему спокойствием молча кивал и успокаивал.