Я не замечаю совсем никаких его недостатков, а ведь они есть. Уверена, что есть.

— Я тоже влюбилась, — как-то грустно произносит она.

— В Дитмара?

— Если бы…

Между нами повисает неловкая пауза. Я закусываю губу и не решаюсь спросить, в кого же она тогда влюбилась. Неужели?…

— Нет, — мотаю головой. — Скажи, что это неправда.

— Я бы хотела, Катя, но… он другой, малыш. Стас жесткий, но он может быть другим, внимательным и обходительным, если ему угождать.

— Я не хочу этого слушать! — закрываю уши руками и встаю с кровати.

— Катя, — Яна тянет меня обратно и усаживает рядом с собой.

— Нет, Яна, — мотаю головой. — Ты же не серьезно. Он! Да боже, он насильник и урод.

— Да, — сестра кивает. — А почему знаешь? Катя ты же не знаешь Стаса как человека. Он другой, понимаешь?

Она пытается меня убедить, но у нее не получается. Я все еще помню, как похотливо он на меня смотрел, как обнимал и лапал. Это невозможно стереть просто так, забыть и не думать о том, что случилось между нами. Когда-то я обязательно не буду думать о Стасе и о том, что он умудрился сделать. Когда-нибудь обязательно, но точно не сейчас. Сейчас у меня не получится. Как и воспринять информацию от сестры о ее любви к нему.

— Тебе нужно лечиться, — уверенно говорю. — Он столько сделал с тобой, это ненормально, точно. Ты должна пойти к психологу, поговорить с ним, все рассказать, я уверена, что тебе помогут.

Наверное, я убеждаю в этом больше себя, чем сестру. Она выглядит совершенно спокойной и единственное, что делает — упрямо мотает головой. Она не хочет? Думает, что справиться с этим всем сама?

— Я должна вернуться к нему.

Я не могу поверить тому, что слышу. Яна хочет вернуться к Стасу? Обратно убежать в его лапы и остаться там? Добровольно?

— Нет, — мой голос срывается на крик, я лишь мотаю головой и отхожу к двери, чтобы побыстрее сбежать.

Больше не слышу, что она говорит, лишь забегаю к нам в комнату и прислоняюсь спиной к двери.

— Что такое? — Арман тут же оказывается рядом. — Что, Катя? Ты дышишь так, будто от за тобой твой личный кошмар гонится.

— Нам нужно закрыть ее! — говорю я быстро. — Запереть в комнате и не выпускать, а еще психолога нанять.

— Остановить, Катя! О ком ты?

— Яна, — кричу я, стирая с лица слезы. — Она… она собирается к Стасу."

"Все спокойно объяснить получается только когда Арман усаживает меня на кресло и приносит стакан воды. Сам он присаживается на корточки напротив и хватает мои руки, закрывая их своими широкими ладонями. Вместе с движениями его рук уходит и напряжение, сковывающее все тело. Мне невыносимо больно от осознания, что я никак не могу помочь Яне прямо сейчас, что мне придется думать, что делать и как-то участвовать в ее жизни.

— Послушай, Катя, — Арман хватает мое лицо в ладони.