Какого хрена я ей это обещал?

Заворачиваюсь в полотенце и выхожу. Быстро натягиваю футболку и спортивные штаны на голое тело и возвращаюсь в Анину спальню.

В ее ванной ещё шумит вода. И мое воображение снова обостряется.

Красивая. Не смог отказать себе в удовольствии посмотреть.

Меряю шагами комнату от окна до двери ванной. Черт! Даже на месте стоять нереально!

К моему облегчению в стену раздаётся стук.

Я чуть не срываю дверь с петель, когда залетаю в ванную. Мы сталкиваемся с Аней взглядами и синхронно выдыхаем."

"Она крепче сжимает пальчиками на груди полотенце.

— Я старалась не мочить, — виновато звучит ее голос. — Но бинт все равно намок. Там внизу ещё оставили мне.

Говорить не могу. Киваю. Подхожу и снова подхватываю девочку на руки.

Она такая тёплая и напряженная, что меня накрывает странным чувством нежности. Хочется ее успокоить. Сердце начинает гулко «ухать», и я, повинуясь порыву, прижимаюсь губами к Аниным. Без продолжения. Просто длинное касание.

Вкусная. Кровь снова отливает от мозга вниз.

— Мне нужно одеться, — нервничает Аня.

— Идём, — киваю.

Выношу ее из ванной, сажаю на кровать и опускаюсь на корточки к ноге.

— Покажи, что тут у тебя.

Разрываю мокрую марлевую завязку и, успокаивающе поглаживая пальцами нежную ножку, раскручиваю бинт.

Отёк от щиколотки до пальцев. Растяжение.

— Болит? — поднимаю на неё глаза, осторожно поворачивая ногу в разные стороны.

— Да, — я вижу, как она морщится. — Вы не только в финансах, но и в травмах разбираетесь? — спрашивает сдавлено, явно намекая на то, какого хрена я ее трогаю?

— Мастер спорта по кикбоксингу. Травмы ног, считай, как дополнительная специализация.

— Вау, — скользит оценивающим взглядом по моим плечам и мышцам.

Я прячу улыбку и поднимаюсь на ноги.

— Что тебе дать из одежды?

— Белье в ванной на батарее, — краснеет Аня, — и мой сарафан в шкафу.

Исполняю ее просьбу.

Оглядываю полки с одеждой и отмечаю, что для девушки на них неприлично пусто. Нужно дать задание продавцам собрать Ане гардероб.

— Выйдете, пожалуйста, — просит она, тиская в руках белье.

— Я отвернусь.

Отхожу к окну и слушаю быстрое шуршание.

Мне хочется поржать над собой.

«Дожился… Женщина, которую ты хочешь, одевается в твоей постели сама… А должно быть с точностью наоборот — раздевается и не сама.»

— Я готова, — шелестит Аня.

Оборачиваюсь. Подхожу.

— Пойдём поужинаем вниз? — предлагаю ей.

Она начинает кусать губы.

— Извините, Алексей Егорович, я ваши вещи разобрала, а ужин приготовить не успела…

О Господи…

— За шею меня обними, — спокойно перебиваю ее, испытывая на языке металический стремный привкус от ее извинений.

Неужели я, действительно, кажусь девушке такой сволочью?

Наклоняюсь. Аня покорно обвивает меня руками.