Одних только «волчьих ям» с острыми кольями насчитывалось шесть рядов. На укреплениях установили более ста орудий, большая часть которых была крупнокалиберными.

Недостатком обороны Праги была её огромная протяжённость. Тридцати тысяч мятежников явно не хватало, чтобы плотно прикрыть все оборонительные линии. Также слабостью поляков можно считать полуанархическую военную организацию их армии и процветающее у них дезертирство.

Суворов разделил свои войска на семь колонн. Четыре колонны из отрядов генералов Дерфельдена и Потёмкина должны были атаковать с севера на юг самую короткую линию укреплений. После прорыва внешней линии первой колонне генерала-майора Ласси было необходимо пробиваться по берегу Вислы и отрезать поляков от моста. Три остальные колонны (генералов Лобанова-Ростовского, Исленьева и Буксгевдена) должны были штурмовать внутренний вал вокруг Праги.

Пятой и Шестой колонне генералов Тормасова и Рахманова, из отряда барона Ферзена, предписывалось атаковать восточную, самую длинную линию укреплений, после чего соединяться с северными колоннами и продолжать вместе штурм жилых кварталов.

Седьмая колонна генерал-майора Денисова должна была совершать дальний обход правого фланга неприятеля вдоль болотистого берега Вислы, овладеть редутами и батареями и потом двигаться вдоль Вислы к мосту.

Перед каждой колонной предписано было иметь пять сотен солдат с шанцевым инструментом, лестницами, фашинами и плетнями. Их должны были прикрывать ружейным огнём по сто двадцать восемь стрелков егерей. Далее должен был идти резерв пехоты, для освобождения путей прохода кавалерии. Всем полевым орудиям надлежало выставиться в линию перед внешним валом и поддержать своим огнём атаку пехоты. В самом начале штурма казакам предписывалось совершать наскоки во многих местах, дабы отвлечь внимание защитников от мест главного нанесения удара. После прорыва линии укреплений русской кавалерии надлежало идти в прорывы и уничтожать резервы поляков и их конницу.

23 октября 1794 года русские батареи начали обстрел укреплений Праги. Вечером того же дня войскам был зачитан приказ Суворова на штурм. В пять утра взвилась ракета, и колонны пошли на приступ. Дальнейшие боевые действия полностью соответствовали ранее разработанному Суворовым плану. Битва была ожесточённая. Как вспоминал её русский участник фон Клуген: «…Поляки мало сказать, что дрались с ожесточением, нет — дрались с остервенением и без всякой пощады… В жизни моей я был два раза в аду — на штурме Измаила и на штурме Праги… Страшно вспомнить!..»

На некоторых участках между внутренним и внешнем валом поляки пытались контратаковать русские войска, но были ими сразу опрокинуты.