На колкости свекрови не обращала внимания, полностью погруженная в свои мысли. Счастьем в семействе не пахло.

– Вот, Фенечка, знакомьтесь, мой сын Олег. А это его женушка. – Имя она не произнесла, Олег вздохнул и назвал его сам:

– Мою жену зовут Марина.

– Это Фенечка, дочка Константина Викторовича. С Агатой вы знакомы.

– Очень приятно, – сказал Олег, пожимая мне руку.

– Вот, пришли поздравить меня. Счастье, что много друзей, в родном доме мне внимания не уделяют.

– Мама, – укоризненно пробормотал Олег.

– Когда сыновья женятся, родная мать перестает их интересовать.

Даже если она для единственного сына готова в лепешку расшибиться. Только кому это надо?

– Мама, я тебе очень благодарен.

– Не везет мне с мужиками. Муж был полным неудачником, вечно на моей шее сидел, да и сынок готов чем угодно заниматься, лишь бы не работать. Стихи пишет. Издал на свои деньги тощую такую книжонку, без денег бы ее никто не напечатал. Жене посвятил. Конечно, такой жене только и посвящать стихи, которые никто читать не будет. Жена у него танцами занималась. Где ты, милочка, танцевала, я успела забыть?

Марина замерла, уткнувшись в тарелку, а Олег пошел пятнами, но на этот раз тоже промолчал.

«С какой стати взрослый мужик терпит издевательства этой ведьмы? – терялась я в догадках. – Ну, не даст она ему денег, что с того? Или это сыновья любовь, моему разуму недоступная?»

– Иногда думаю: для кого я работаю? – продолжала ораторствовать бультерьерша. – Умру, все по ветру пустят. Может, стоит создать благотворительный фонд? Будет обо мне светлая память, наследнички-то, пожалуй, на могилу и то не придут ни разу.

– Что ты такое говоришь, мама? – вскинул голову Олег.

– Говорю, надо бы тебя наследства лишить, да сердце у меня доброе.

Подозреваю, еда у наследников встала поперек горла. Убедившись, что ее слова произвели впечатление, Жанна Викторовна переключилась на меня.

– Я слышала, Фенечка, с вами несчастье произошло?

– Что вы имеете в виду?

– Как же, говорят, погибла ваша подруга, и вы стали свидетелем кошмара.

Тетке следовало сказать спасибо за то, как ловко она переключила разговор на нужную мне тему, а я-то все это время голову ломала…

– Да, – кивнула я с большой радостью. – Если быть точной, погибли две мои подруги.

Одна всего два дня назад. Овчинникова Ольга.

– Да вы что? Это не Петра Аркадьевича дочка?

– Нет. Моя подруга жила в поселке Красногвардейский. Кто-то напал на нее, когда она возвращалась из города.

При этих словах Олег заметно дернулся и быстро взглянул на жену. Та, казалось, моих слов вовсе не слышала.

– Да что вы говорите? Какой ужас! Скоро на улицу без охраны не выйдешь.

Мадам продолжила разглагольствования, а я наблюдала за Олегом. Находиться за столом ему явно в тягость.