— Что же ты не привел Задиг-бея? — воскликнул Бахрам.

— Он куда-то спешил, патрон. Сказал, зайдет, как освободится.

— Что он тут делает?

— Направляется в Кантон.

— Вот как? — Бахрам резко сел в кровати. — Он уже оплатил проезд?

— Не ведаю, патрон.

— Вико, сейчас же его отыщи. Скажи, он поедет с нами. Отказа я не приму. Жду его на борту «Анахиты». Ступай, живо!

Задиг Карабедьян был одним из немногих настоящих друзей Бахрама. Познакомились они двадцать три года назад в Кантоне. Часовщик Задиг нередко наведывался в разные порты Индийского океана и Южно-Китайского моря, где торговал ходиками, карманными часами, музыкальными шкатулками и другими механическими штуковинами, прозванными «динь-дон» и пользовавшимися большим спросом в Кантоне.

Родом он был из армянской семьи, столетья назад осевшей в Египте и обитавшей в старом каирском квартале, где селились иудеи и христиане. По семейной легенде, одного его предка еще мальчиком продали египетскому султану, и он, дослужившись до высокого мамлюкского чина, перевез кое-кого из родичей в Каир, где те добились процветания на поприщах мастеровых, мытарей и дельцов, наладив крепкие связи с Аденом, Басрой, Коломбо, Бомбеем и другими портами Дальнего Востока, включая Кантон.

Самый заядлый путешественник в семье, Задиг владел многими языками, включая хиндустани. Он обладал еще одним большим талантом, который Бахрам в шутку называл кхабар-дари — умение держать нос по ветру. Отчасти благодаря этой его способности и пересеклись их пути в Кантоне.

В конце ноября 1815 года первая ласточка новостей о поражении французов под Ватерлоо достигла южного Китая, и основная часть европейской общины испустила вздох облегчения.

Многие купцы, из-за войны откладывавшие возвращение в Европу, теперь засобирались в путь, что породило всякого рода сумятицу, в частности нехватку векселей. На бумаги, принимавшиеся к оплате в Индии, возник ажиотажный спрос, и Бахрам вдруг понял, что за сезонной выручкой ему придется ехать в Англию."

"Он ничуть не расстроился, поскольку еще не бывал в Европе, а поездка сулила массу ярких впечатлений, но вышла заминка: оказалось, что все билеты на корабль уже раскуплены. Вот тогда-то приятель-парс и свел его с Задигом Карабедьяном.

Поднаторевший в европейской политике, Задиг сумел извлечь пользу из того, что предугадал исход Стодневной войны. Так вышло, что он тоже отбывал в Англию и, предвидя большой спрос на билеты, выкупил всю каюту, дабы перепродать второе место какому-нибудь приятному попутчику, готовому на солидный бакшиш. После упорного, но дружелюбного торга они с Бахрамом достигли обоюдного согласия и 7 декабря 1815 года в порту Макао взошли на борт «Каффнеллса» из флотилии «Благородной компании».