— И есть немало женщин, которых я с радостью укладывал в постель, но говорить с ними было не о чем. Ты — первая женщина в моей жизни, с которой мне бы хотелось заниматься и тем, и другим.

— Нет.

— Энн, ну почему ты все время противоречишь мне? Ты должна согласиться, что в данном вопросе опыт у меня больше. И мой опыт говорит, что ты должна понимать, насколько привлекательна, чтобы поверить в мое искреннее восхищение. Поэтому мы начнем с ликвидации твоей ночной рубашки.

— Но тогда я останусь голой! — с отчетливым ужасом в голосе воскликнула Энн.

— Да.

— Так неприлично.

Стивен улыбнулся:

— Было бы неприлично, если бы ты в таком виде явилась на бал в «Олмаксе». Патронессы чрезвычайно придирчивы к одежде. Представь себе, даже мне приходится надевать ужасные бриджи.

— Я знаю, — вздохнула Энн.

— Но здесь, в уединении твоей комнаты, ты можешь делать все, что захочешь. Ты же раздеваешься, когда принимаешь ванну.

— Ну да, — улыбнулась она. — На короткое время.

— Ты когда-нибудь смотришь на себя в зеркало?

— Разумеется. Например, сейчас. — И она шагнула к большому зеркалу.

Стивен последовал за ней и остановился за ее спиной.

— Я имел в виду: смотришь ли ты на себя в зеркало без одежды?

— Конечно, нет! — Энн замолчала, о чем-то задумавшись, и еще сильнее покраснела. — А ты?

Стивен засмеялся:

— Только если мимоходом, когда прохожу мимо зеркала.

— Когда проходишь мимо? Ты хочешь сказать, что разгуливаешь по дому голый?"

"Улыбка Стивена стала шире.

— Обычно только по своей спальне. — Он опустил голову и шепнул ей на ухо: — Боюсь шокировать тебя еще сильнее, но я сплю голый.

— Ты… — Энн закашлялась. Правда, вместо шока она почувствовала шокирующее ее саму желание.

— Именно так. Хотя мне необходимо много одеял, чтобы не замерзнуть ночью. — Он поцеловал ее в висок. — Уверен, в будущем ты будешь меня согревать. Ну а теперь давай избавимся от этой ночной рубашки, чтобы я мог приступить к процедуре соблазнения.

— Но… — Энн взглянула на себя в зеркало. Она наверняка умрет от смущения. Или нет?

— Прошу тебя, Энн.

А почему бы и нет? Проявлять девичью застенчивость уже нет никакого смысла. Она позволит Стивену быть ее учителем. Он на самом деле имеет больше опыта в таких делах.

— Ну хорошо.

Не успели эти слова сорваться с ее губ, как ночная рубашка оказалась в углу комнаты.

— Упс! — Энн мельком увидела свою белую плоть и плотно зажмурилась.

— Вот так гораздо лучше. — Стивен обнял ее за талию и прижал к себе. — Энн. — Его голос стал хриплым. В нем прозвучало нечто сродни благоговению. — Открой глаза.

Открыть глаза? Ни за что на свете!

— Я не могу.

— Можешь. И должна. Иначе я не смогу продолжать соблазнение.

— Но зачем? — Энн слегка приоткрыла один глаз.