– Мне кажется, это – эмблема какого-то завода или предприятия… Как бы выяснить какого?

Зорин повернулся к Олейникову и, даже не взглянув на протянутый листок, тихо спросил:

– Это ты ведь Плужникова подставил? Ты?

– Получается, что я… – вздохнул Петр. – Случайность подвела. Говорил я: там у вас в Москве гнида какая-то завелась…

– А ты не гнида? – перебил его Зорин. – Что-то много у тебя случайностей, Олейников, много! Случайно скрыл, что у американцев в разведцентре учился, случайно все ниточки обрубаются, случайно генерала Плужникова подставил… Никогда я тебе не верил, никогда.

Застрелил бы тебя как собаку прямо сейчас…

Зорин замолчал.

– Ну так стреляй… – сказал Олейников, заглядывая ему в глаза.

– Придет время – застрелю, – твердо сказал майор. – А пока… Павел Михайлович свой приказ не отменял. А он мне до сих пор начальник…

Зорин встал и пошел прочь, через два шага обернулся и сквозь зубы процедил:

– Чтоб из города ни на шаг! Сидеть тихо! Понял?! Если что, застрелю, забыв про приказ!

Олейников вздохнул, пожал плечами и спрятал в карман листок с зарисовкой.

* * *Сайрус и секретарь посольства США Чейн разыграли отрепетированную заранее сцену как по нотам.

Чейн сел поближе к микрофону, вмонтированному в герб, а Сайрус, нарочито громко хлопнув дверью, вошел в кабинет:

– Добрый день, сэр!

– Добрый день, Сайрус, – четко выговаривая слова, ответил Чейн. – Хотя он и не добрый. У нас большие проблемы, Сайрус.

– Что случилось, сэр?

– Наш человек в КГБ арестован.

– Как? – немного театрально удивился Сайрус. – Им удалось его вычислить?

– Нет, Сайрус. Его подвела банальная жадность и глупая неосторожность…

* * *Буквально через час запись этого разговора слушал вместе с коллегами генерал Ермольцев, назначенный на место Плужникова исполняющим обязанности заместителя начальника Второго главного управления КГБ СССР.

– …Его подвела банальная жадность и глупая неосторожность, – несся из магнитофона голос секретаря посольства США. – Помните те десять тысяч долларов, которые мы в качестве платы передали ему через Томаса? Решил поменять на рубли и попался…

– Надо срочно предупредить Томаса, – ответил Сайрус.

– Действуйте! – приказал секретарь.

– М-да… – протянул Ермольцев, выключив магнитофон и оглядев собравшихся в его кабинете, среди которых был и Гудасов.

Генералу было на вид лет шестьдесят пять, из которых более половины он проработал в органах госбезопасности на различных ответственных, но в основном административно-хозяйственных должностях, что наложило свой отпечаток и на его лицо.

– А ведь честным прикидывался, – покачал головой Ермольцев. – Я помню, лет пять назад квартиры распределяли, так Плужников отказался. Майору какому-то отдал.