Наверно, какая-то парочка зажималась за углом, а он их спугнул? В этом лабиринте иногда назначали тайные свидания.

Вейл нервно усмехнулся, поняв, что его рука инстинктивно метнулась к поясу. Хотя сейчас на нем не было ножен с оружием. Слишком привык быть настороже, в напряжении. Потому в глубине души так сильно и хотел семью: верную жену, милых детей… Чтобы были люди, среди которых можно расслабиться, отпустить контроль. Но как оказалось, зря. Доверять нельзя никому."

"Вейл пошел дальше, но за спиной послышались шаги. Он ускорил шаг. Выход из лабиринта был совсем близко, а выставлять себя параноиком, набрасываясь на случайного придворного с криком, что тот здесь делает и почему идет следом, не хотелось. Понятно, почему! Ведь именно этот путь кратчайший ко дворцу. Лабиринт высадили еще по приказу отца Вейла, и в детстве он и Кристиан выучили в нем каждый уголок.

И все-таки сердце Вейла стучало все чаще, чаще. Он стиснул зубы. Совсем уже измотал себя нервами! Вернется во дворец, отдаст детей Микаэле и забудет о них, о ней — обо всем этом!

Вейл свернул вбок, но человек, идущий следом, повернул следом. Значит, все-таки не шел по кратчайшему пути, а преследовал короля… И теперь ускорил шаг, настигая его. Вейл резко обернулся. Вовремя! Ведь в свете луны блеснул занесенный кинжал.

Вейл вскинул руку, вовремя перехватывая запястье нападающего. Его лицо было скрыто под капюшоном, а фигура — под объемным теплым плащом не по погоде, который висел балахоном. Ловкий захват — неизвестный полетел вниз. Затрещали сломанные веточки кустов, он повалился на траву, а сам Вейл навалился сверху. Кинжал отлетел в сторону.

— Кто ты такой? Кто тебя послал? — прошипел Вейл.

Впрочем, еще секунда — и узнал бы сам, когда сдернул бы капюшон с головы! Но этот гад оказался проворнее! Он вывернулся и сам вцепился в Вейла. Они покатились по траве, осыпая друг друга ударами.

Вот только незнакомец решил сыграть по-грязному. Ведь украдкой подхватил кинжал. Вейл сдавленно зарычал от неожиданной острой боли. Плечо. Перед глазами всего на миг повисла темная муть. Но этого хватило, чтобы мужчина в капюшоне рывком выдернул кинжал и навис сверху. В тени не было видно лица. Только отблеск на кинжале, который на этот раз устремился прямиком к сердцу.

…А ведь я не успел никому сказать, что передумал… Чтобы дети остались с Микаэлой. Их разлучат, ее отправят на остров Бедствий, их — в приют, и я уже ничего, ничего не мог с этим сделать!.. — мелькнуло в голове Вейла напоследок.

Глава 4

«Мне проще убить! — повторял себе Кристиан, пока шел по темному зеленому лабиринту. — Проще убить этого упрямого барана, чем переубедить его!»

Слишком просторный плащ был ужасно неудобным. Зато скрывал фигуру. Глубокий капюшон съезжал на глаза, мешался.