— Быстро ко мне! — Всовываю ей в руки ключи.

— А вы?

— Быстро отсюда! — Рявкаю.

Сам на всякий случай осматриваю ещё раз квартиру и только убедившись, что дело исключительно в неудавшейся попытке кулинарного искусства, выхожу следом за соседкой.

Глава 18

Алина

— Это какой-то ад… — шепчу в тихом отчаянии и тру лицо руками.

Так нельзя говорить, но детей будто сглазили. Конечно, я в мистику не верю, но они не спят по ночам третьи сутки. Мне кажется, потому что голодные. Соски плюют, плачут, дергают руками и ногами. Может быть, смесь не подходит? Я уже три перепробовала.

Телефон вздрагивает очередным звонком от мамы. Не могу с ней говорить, но беру трубку. Хочется попросить ее приехать. Просто по-человечески хочется ее помощи!

В конце концов, она же мама не только Таты, но и моя тоже! И она хорошая мама. Просто со своей логикой…

— Слушаю, — выдыхаю в динамик.

— Дочь… — без обиняков заходит она на новый виток клевания моей нервной системы. — Зачем тебе чужие дети? Мало ли чем они больны! Ты не понимаешь во что лезешь! Я вот вчера по телевизору смотрела, что приемный сын у матери все деньги украл и убил ее!

— Мам, остановись, пожалуйста, они ещё даже ходить не умеют! — Обрываю ее раздраженно. Выдержка на пределе. — Дети мои. Я так решила. Точка. Ты же хотела внуков! Вот принимай.

— Это не мои!

— Мам! Мне бы на самом деле, не помешала твоя помощь. Просто посмотреть за ними, пока я посплю… Пожалуйста.

На пару мгновений в трубке наступает тишина.

— Вот паскудник то, а! Везде пометил! Я так и знала, что ты врешь. Все-таки родила! И лапшу мне на уши вешаешь!

— Считай, что я их родила, если так будет проще. И отец не Славик. А вообще… Тебе самой то не стыдно за пол года меня первый раз увидеть? Приходила бы чаще — знала бы о том, была беременность или нет.

— Ты как с мной разговариваешь?! — Взвивается мама. — Самой умной себя считаешь? Выучилась на наши деньги, а теперь голову морочишь моральными выкрутасами? Мои дети — не мои. Вылез из тебя, значит твой!

— Детей не только рожают. А училась я на бюджете.

— Но ела то на наши! Фифа какая. Пристыдить меня решила? Вот взяла бы и приехала. Мало ли к кому мужик ушел! Родители — это святое. Что нам было делать? Сестру твою на аборт отправить?

Я понимаю, да, что воевать было уже бесполезно. Но как же мои чувства? Почему о них как всегда все забыли?

— Мам, извини, я сейчас не могу говорить… — хриплю в трубку.

Сбрасываю звонок и тяжело дышу от обиды. Вот умеет она меня довести!

Я давно приняла то, что есть дети первые, ранние. На них возлагают надежды, заставляют учиться на отлично, требуют раннего взросления. Ими машут, как флагом перед роднёй. А есть вторые дети — самые любимые.