— Дышит ли она? Или какого цвета лифчик?"

"— Алина, не кричи, пожалуйста, на нас смотрят мои подчиненные… — просит муж.

— Да?! — Хмыкаю. — А то, что я дома с тремя детьми, пока ты развлекаешься, тебя не смущает? Или двойные стандарты?

— Алина! Черт! Я тебе жизнью клянусь, что просто пытался выяснить, откуда взялся тот чертов звонок, с которого все началось!

— Извини! — Взмахиваю руками. — Я не могу это слушать! Не могу! А вон и твоя новая любовь! Ещё увидит, как ты за женой бегаешь!

— Родная! Пожалуйста, поверь мне! Ну нету у меня никого, кроме вас! Я пол утра смотрел, как опеку оформить. Зачем мне это делать, если я врун?

Развожу руками…

— Может быть, ты считаешь, что я буду растить всех детей, а ты будешь в «белом пальто» ходить на лево?

Руслан не успевает ответить.

— Извините… — подходит к нам девушка. — Я хочу вам все объяснить, — заглядывает мне в глаза. Вы только не нервничайте.

— Ты же меня не посадишь, если я ее убью сейчас?! — Шиплю, переводя взгляд с девицы на мужа. — Или идите оба к черту!

Разворачиваюсь резко и вдруг чувствую, что мир начинает качаться. Это снова давление…

— Алина! Блин! — Быстро сообразив, подхватывает меня Руслан. — Ну нельзя же так нервничать!

— Простите, простите меня, пожалуйста, — чуть не плачет девушка. — Я сейчас. Я быстро. Только за аптечкой сбегаю.

Усадив на лавочку, меня окуривают нашатырем и отпаивают водой.

Девушка, про которую я теперь знаю, что ее зовут Вера и она — ветеринар, клянется мне, что не знала про детей у Руслана. Что он ей понравился и только. Но он никогда не давал повода…

Я недоверчиво смотрю на мужа. Он переодически отгоняет от нас своих сердобольных коллег.

— То есть, теперь я истеричка, которая сама все придумала и сама обиделась? — Хмыкаю. — Нет, так не пойдёт.

— Простите за звонок, — опускает глаза Вера. — У нас телефоны одинаковые. Я действительно случайно сняла трубку…

— Идите уже отсюда, Вера Станиславовна! — Рявкает на нее муж.

Мы, наконец, остаемся вдвоем.

Сидим и молчим. Каждый смотрит перед собой, пытаясь прийти в эмоциональную норму.

— Я тебе не изменял и разводиться не хочу, — нарушает тишину Руслан.

— Я тебе не верю, — отвечаю, — но очень хочу поверить. Что будем делать?

— Жить, Алин, — обнимает меня за плечи. — То ли ещё будет…

— А что бы ты сделал, если бы по моему номеру ответил мужик? — Спрашиваю елейно.

— Да чего-чего… — Отвечает муж, смеясь, — нашел бы и морду ему разбил, а тебя суток на пятнадцать бы посадил думать.

— Вот и садись на пятнадцать суток… — бурчу.

— Не могу, — чмокает меня в висок муж, — работать надо. Дома дети ждут.

— Вспомнил?

— Не начинай. Я всегда о вас помню. Давай вот как поступим: ты займешься племянницей, поговоришь с отцом, с сестрой.