Рудик вышел за порог, и с удивлением посмотрел на Соломию, которая достаточно настойчиво тарабанила ему в дверь. Точнее, его удивил даже не сам факт ее присутствия, а внешний вид женщины. Никакой тебе укладки или привычного безупречного в своем стиле наряда. Удобный спортивный костюм, растрепанные во все стороны седые волосы, повязанные шарфом, и полное отсутствие макияжа. Последнее он, конечно, заметил, когда Соля резко обернулась на его зов.

- Что-то случилось? - тихо поинтересовался Рудольф.

Женщина была абсолютно дезориентирована. От её благородной сдержанности, к которой все они так привыкли, не осталось и следа.

Что, мать его, произошло?!

- Рудик? А ты почему здесь? У тебя все хорошо?! Приезжала скорая, и...

- И ты подумала, что я отбросил копыта?

- Да! То есть, нет... Я вообще не знала, что думать! Еду из спортзала, а мне - скорая навстречу. У меня самой чуть сердце не остановилось! Так с тобой точно все хорошо?

- Не дождешься. Проходи...

Соломия шагнула за порог квартиры Рудольфа и нерешительно замерла:

- А к кому тогда скорая приезжала?

- Садись. Тебе надо выпить.

- Не надо. Это на коже очень плохо сказывается.

А в семьдесят и без того... проблем хватает. - Соля провела рукой по щеке.

- Глупости это все. Нам сколько осталось? Помрешь с гладкой мордой, а вспомнить нечего будет. Ну, и в чем тогда смысл?

- А, черт с ним! Наливай! Ну, и напугал ты меня, Рудольф...

- Кто же тебе виноват, что ты каждый раз меня хоронишь? А я, между тем, еще парень - хоть куда!"

"- Да... Парень... - Соломия протянула руку за рюмкой ликера, и мужчина заметил, как дрожат ее тонкие пальцы. То, что Соля неравнодушна к нему, Рудольф знал. Вот только толку от этого неравнодушия не было никакого.

Соломия не сдавала своих позиций, а он... он устал бороться за них двоих. Когда-нибудь всему приходит предел. И Рудику казалось, что его предел уже давно наступил. Он выдохся... Ситуация не улучшалась. Если раньше он плыл ко дну, то теперь, достигнув этого самого дна, просто по нему шел. Не понимая больше, куда, и зачем. Несколько раз собирался поговорить с ней, но никак не находил подходящего времени. То Таня с Лёшкой разругались, то Катерина с депутатом. А что у Семёна с куклой происходило - вообще, поди, разбери! Но почему-то дальше откладывать разговор не было никаких сил. И раз уж она здесь...

- Я давно хотел с тобой поговорить, Соломия.

Рудольф прошел через комнату, замер в ее центре, осматриваясь. Ему нравилась эта квартира. Нравились огромные мансардные окна, позволяющие работать дома, нравились просторные светлые комнаты и интерьер, над которым он самостоятельно поработал. Ему нравилось здесь жить. Вот только находиться рядом с постоянным напоминанием о том, как могло быть, но не случилось - было просто невыносимо. И он все чаще думал о том, что нужно уезжать...