- Ага… Как в песне: На-та-ли-и-и…

- Ты ж, вроде, не пил, Лёх...

Лёха и правда не пил – вот у кого была железная сила воли. Спортсмен, что с него взять? Сам же Кирилл цедил хороший виски и флегматично наблюдал за соседями. На этот вечер у него были совсем другие планы. Он собирался приехать, если не пораньше, то хотя бы не ночью, и, наконец, поговорить с Кирой. Сказать ей спасибо. Не утром на бегу, как это было до этого, а по нормальному, как она того заслуживала. Хотел обсудить их будущее и предложить не спешить разъезжаться. Но у Киры образовались дела. Выписывали её отца, и она решила первое время побыть с ним.

Даже не приехала домой ночевать. А Кирилл привык, что она всегда рядом. Пусть даже за стенкой, но главное… под одной с ним крышей. Привязался, сам того не желая. На подсознательном уровне прикипел. И ведь не собирался в ближайшее время ввязываться в отношения, но тут уж, как вышло.

- Ну, а ты, Кир, чего с постной миной? Тоже неделя не задалась?

- Это еще мягко сказано. Она выдалась адской. Да и в голову всякое лезет… Правда, ел хорошо, так что, Сёма, можешь завидовать…

- Уже, – кивнул капиталист, отпивая пиво прямо из бутылки.

– Моя домработница разучилась делать мне завтраки, ты прикинь?

- Не могу себе такого даже представить. Я всегда считал, что готовка – это, как езда на велосипеде. Раз научился – и все.

- Скажи это моей домработнице. Она уже неделю кормит меня всякой бурдой, а я всего-то сырников прошу …

- А может, она и не умела никогда сырники твои жарить.

- А кто же тогда это делал? Домовой? – Семен потянулся и закинул босые ноги на журнальный столик. У Кирилла было предположение, кто. Но он не знал, стоит ли его озвучивать. Вполне возможно, Натали не горела желанием рассекречиваться.

В таком случае, кто он такой, чтобы вмешиваться?

- А если Наташка твоя? Не думал? Я как-то её с малыми просил посидеть, так они испекли неплохое печенье. Кривобокое, правда, но, думаю, это на совести детей, – опередил Кирилла Алексей.

Сёма сделал еще один глоток из бутылки, и не стал ничего отвечать. Но это не означало, что слова соседа прошли мимо его внимания. Натали в очередной раз удалось его удивить. И он не знал, что его озадачило в большей степени - то, что его девушка сидела с детьми, или то, что она испекла с ними печенье.

И то, и другое совсем не вязалось с Наташкиным привычным образом. Как и не вязалось с образом его женщины в принципе. Прав был Лёха – ему нравились девушки определенного типа. Высокие, худые, красивые, с большими сиськами и упругими бедрами… Молодые. Кричащие о том, что он, Сёмен Галушка, себе может позволить такую. И конечно, при наличии внешних данных требовать от них еще и наличия мозгов было бы слишком самонадеянно."

"Семён знал, что соседи не могут понять этого его пунктика насчет красивых баб.