Вернувшись в комнату, застал ту же живописную картинку с участием трех человек, не изменивших позы, настороженно смотрящих на него в три пары глаз.

– Значит так. Сейчас мы поедем в больницу к моему хорошему знакомому. Тебе сделают обследование.

– Нет, сегодня я не могу! – холодно отрезала Вера.

Такое поведение пациентов кротости характера и так уже тихо сатанеющему доктору Больших не прибавляло никогда!

– Или ты сейчас встанешь и соберешься, или я сгребу тебя в чем есть и затолкаю в машину! – предупредительным низким рычанием изложил варианты развития событий Больших.

Предупреждение, высказанное таким тоном, не оставляло возможности для споров, сопротивления и глупого упорства.

– Мама… – обратилась Вера к последней инстанции за помощью.

– Степан Сергеевич! Мы сегодня никак не можем! – собираясь заплакать, умоляюще вступилась Ольга Львовна. – Сегодня придет папа Ёжика, им с Верой надо обсудить очень важные вопросы, они так долго договаривались об этой встрече!

– Я подозреваю, что у Веры серьезное заболевание. Вы это понимаете?

– Да, да, раз вы говорите! Только давайте завтра! Ведь можно завтра? Мы съездим, съездим! Можно с этим доктором на завтра договориться? – как о пощаде просила Ольга Львовна.

– Хорошо, – согласился Степан, остывая в один миг.

Он позвонил, передоговорился на завтра, написал на листке координаты, к кому и куда ехать и как найти, на другом листке написал несколько названий лекарственных препаратов для облегчения болей и сразу ушел.

Он не забыл про Стаську, но передумал ехать к ней – не сегодня!

Не в таком состоянии раздражения, усталости, злости на себя, по большей части, а заодно и на баб этих неразумных!

Как только он отъехал от Вериного дома, позвонила сестричка.

– Ты в Москве еще?

– Да, в ней, – вздохнул Степан.

– Ты занят?

– Уже нет.

– Степочка, приезжай ко мне, если тебе не совсем уж трудно, а? Так мне тоскливо, ужасно! Приезжай, поговори со мной!

– Тоскливо – что-то нынче актуально, – разворачиваясь, слегка пожаловался он.

Они проговорили полночи. Почему-то про Стаську он Ане не рассказал. Про Веру и ее проблемы со здоровьем, про свое решение расстаться с ней и понимание их полной чуждости, про работу свою – легко и с чувством освобождения.