Когда музыка закончилась, обе стояли, прижавшись спинами к шесту и тяжело дыша.

– Это был вы-ы-ысший класс! – взвился диджей. – Только не будем совать купюры в трусики нашим девочкам, лучше поаплодируем им от души!

– Еще давай! – завопили в зале. – Э, девки, поддайте жару!

Алька обернулась к Вике:

– По-моему, пора сваливать. Кстати, это и впрямь был высший класс. Мне понравилось.

– Да, сейчас придурки кипеть начнут, – кивнула та. – Пошли отсюда.

Они спустились в туалет. Музыка сюда почти не доносилась, и Алька облегченно выдохнула.

– Фу-ух! Слушай, классно танцуешь! Где занималась?

– Да так, везде понемногу.

Меня, кстати, Вика зовут.

– Меня – Алька.

– Ничего так имя. Прикольное.

Она в первый раз широко улыбнулась, обнажив ровные, крупные, как кукурузины, зубы. Из кармана вытащила тонкий цилиндрик помады и принялась подкрашивать губы, наклонившись близко к зеркалу и водя розовым огрызком влево-вправо.

– Я тебя раньше здесь не видела. Первый раз, что ли?

– Угу. А ты, говорят, частенько сюда наведываешься.

– Кто говорит?

– Бармен, – честно призналась Алька.

– А-а… – Вика рассмеялась. – Трепло собачье.

Рассказывал тебе, наверное, что я страшная кусачая лесбиянка? Да?

Чуть растерявшись, Алька кивнула.

– Вот что значит один раз не дать! Мстительный оказался, поросенок.

Теперь она показалась Альке совсем другой, чем наверху, – грубее, откровеннее и куда проще. И понравилась куда больше.

– А ты чего танцевать-то полезла, если думала, что я из этих? – озадачилась Вика. – Или ты сама такая?

– Не такая, – рассмеялась Алька. – Танцевать просто так полезла. На душе хреново было, вот и захотелось расслабиться.

– А, это я понимаю.

Я сама такая. У меня каждую субботу на душе хреново, поэтому я сюда и тащусь из своей дыры.

– Что за дыра? – небрежно спросила Алька и затаила дыхание.

– Да поселочек небольшой, тридцать километров отсюда. Его только выстроили. Егорин – слыхала, нет? Да никто не слышал. Там всех развлечений – только пауков солить. Еще собакам хвосты крутить, пока не оторвутся. Я за неделю дурею – не представляешь как. Работаю-то дома, никуда не выбираюсь. А ты живешь рядом, что ли?

– Да не… – сказала Алька, поправляя спутавшиеся волосы, – далеко я живу.

– А сюда чего?..

Вопрос повис в воздухе. Алька перестала теребить волосы, поймала в зеркале Викин взгляд и помолчала, принимая решение. Та подняла брови, почувствовав что-то, застыла с помадой в пальцах. Алька облизнула губы и сказала, надеясь, что поступает правильно:

– Спрятаться мне нужно было, Вик. Вот я сюда и заскочила.

– У-у-у, вон оно что! – протянула та, соображая. – А если найдет он тебя?

– Они, – поправила Алька. – Если они меня найдут… Не знаю, Вик, что будет. Честно.

Она отвела взгляд.