После чего бегом, борясь с желанием снять туфли, выскочила из комнаты, из дома, из сада, из жизни бизнесмена… И оказалась в постели скрипача, из которой не вылезала две недели. Вылезла похудевшая, влюбленная, счастливая, и еще два месяца жила у него, пока не ушла, хлопнув дверью, из-за того, что он упрекнул ее в корыстолюбии.

По иронии судьбы ее следующий мужчина оказался бывшим деловым партнером того самого бизнесмена. Его номер попал к Альке случайно, и она позвонила, не задумываясь.

– Можно я приду к тебе переночевать? – голосом прилежной девочки спросила Алька, когда Виктор вспомнил, кто она такая.

– С чего бы это? Нет, конечно."

"– Хорошо. Прости, если разбудила. – Она в самом деле почувствовала себя виноватой. – Счастливо.

Виктор перезвонил через три минуты.

– Приезжай, черт с тобой! – почти весело сказал он. – Адрес знаешь?

С этим Виктором Алька в конце концов ввязалась в нехорошую историю и едва выпуталась из нее, заодно получив подтверждение одному своему наблюдению – странному, почти мистическому. Ангел-хранитель, так бережно ведущий Альку по ее бестолковому пути, летал только над Москвой. По какой-то причине он отказывался выполнять свою работу за ее пределами. Во всяком случае, после нескольких совпадений Алька совершенно уверилась в том, что вся ее удачливость испаряется, стоит только ей уехать из столицы, что уж говорить о других городах! Нет, на Альку не обрушивались беды, но она теряла способность выходить сухой из воды и даже физически становилась куда уязвимее. Поразмыслив немного и не найдя этому никаких объяснений, Алька решила принять все на веру и по возможности за границами любимого города вести себя так, чтобы не возникало нужды в обращении к ангелу-хранителю.

– У нее нет родных за пределами Москвы – это раз. – Перигорский загнул длинный коричневый палец. – Все ее деньги, карточки, ключи и прочее остались у нас, что затрудняет ей передвижения, – это два. И Рокунова считает, что удача ей изменяет, когда она уезжает из Москвы, – это три.

– Откуда вы знаете о третьем пункте? – заинтересовался Илюшин.

– Сама проболталась. Как-то мы вполушутку-вполусерьез говорили о том, чтобы построить еще один комплекс типа «Артемиды», но вынесенный из Москвы к Королеву. Тогда она и сказала, что побоится работать так далеко. У меня хорошая память на такие детали. Кстати, Макар Андреевич, что было в вашем портмоне, которое она позаимствовала?

– Деньги, банковские карты. Карты я заблокировал, а денег было немного, не больше пяти тысяч.

– Да, на это она не разбежится. Итак, господа сыщики, я слушаю. Какие будут предложения?

– Ловить ее надо, вот какие предложения… – прогудел Степаныч.