Наконец очертания трупа стали размываться, теряя четкость, а само тело медленно погрузилось в темно-синюю пучину.

— И губы сладкие, как сахар, не позабыть мне никогда, — рассеянно проговорила Веста. — Моя ты сахарная вата… Тебя любить буду всегда!

Она вернулась обратно. На то, чтобы полностью вымыть и очистить восьмую «ноту», у нее ушел почти час. Когда все было готово, она вновь подвесила ее в воздух, а из кармана выудила серебряный молоточек.

Набрав в легкие побольше воздуха, она тихонько стукнула по поблескивающей, чисто вымытой поверхности капсулы.

«Дзиннннь!»

Стараясь не дышать, Веста ударила снова.

«Ну же, Сережа?! Что ты молчишь?»

Она тупо смотрела на болтающийся в воздухе прозрачный бочонок.

— Что ты молчишь? — спросила она, устремив взор в небо. — Я тебя не слышу! По мне — так это полная херня! Это из-за моего никчемного мужа? Из-за того, что он ничего не представлял из себя как личность? Или я что-то сделала не так?

Веста хрипло дышала, прислушиваясь.

Тихо.

— Или это потому, что тебя убили сегодня ночью второй раз? — глухо спросила она, глянув на контейнер с прахом. На всякий случай она ударила молоточком еще раз.

«Дзиннннь!»

Вздохнув, Веста бросила молоточек на палубу и направилась к корме. Кое-как взгромоздившись на транец, она свесила вниз свои толстые ноги.

— Звук как звук, — угрюмо пробурчала она. — Обычный звук.

Веста подняла лицо, глядя на поднимающееся солнце."

"— А может, восьмой ноты вообще не существует? — спросила она. — Сережа, ты ведь прекрасно справлялся, используя семь нот. Зачем искать то, что, вероятно, и вовсе не существует? Тем более ты даже не придумал название для этой восьмой ноты!

Толстая, неряшливая женщина сидела на дрейфующей яхте, которую продолжало нести течением все дальше и дальше в открытый океан.

Ее рыхлое тело было покрыто многочисленными ранами, но едва ли это ее беспокоило. Она безмятежно болтала ногами, как ребенок, и о чем-то увлеченно разговаривала сама с собой, а солнце взбиралось все выше и выше по небосводу.

В бескрайнем океана зарождался новый день.

ЭпилогГде-то на просторах Тихого океана

7 февраля 2017 года, 00:39

Он подскочил на диване, хватая ртом душный воздух. Лоб покрыт горячей испариной, сердце выстукивало отчаянную дробь.

«Твою мать».

— Ты что? — пробубнила Веста, сонно чмокнув губами.

— Все нормально, — хрипло ответил Павел. — Жарко очень. Я выйду наружу, подышу.

— Я люблю тебя, — зевнула Веста, переворачиваясь на другой бок.

Павел натянул шорты и встал с дивана, пытаясь унять прерывистое дыхание. Глаза задержались на журнальном столике, на котором лежал его телефон.

Схватив мобильник, мужчина бесшумно выскользнул из каюты.

Подойдя к носовой части, Павел целую минуту смотрел на спящий океан.