Так, чтобы можно было держать меня за руку не наклоняясь. — Камень взорвался довольно сильно. Вас с Ясей отбросило едва ли не на другой конец поляны и слега посекло осколками. Коты умнички, замедлили и удержали часть из них, иначе было бы много хуже.

— Удар. Я помню его. И самое падение тоже, — смутные образы мелькали перед глазами, но полной картины не было. Даже в воспоминаниях все заволокло пылью и, кажется, дымом. Хотя, откуда бы ему взяться.

— Когда камень взорвался, произошло разом много всего, — принялся рассказывать Малиаз и что-то вмешивать в маленькой чашке, что стояла на столике. Я ее сразу и не заметила, а сейчас, когда в нос ударил запах трав, не могла не обратить внимания. — Во первых, оказалось, что мой огонь весь не потух, растраченный в камне. Да и черная жижа, что капала с неба — отличное топливо. Так вот, когда я пришел в сознание, а меня тоже приложило со вкусом, вокруг все пылало. В какой-то момент я даже подумал, что не успею вас вытащить.

— Но ты был там не один, — напомнила я, следя за тем, как забинтованные пальцы дракона с трудом удерживают ложечку.

— Именно. Тольот это и спасло. Мне пришлось обернуться, чтобы пройти через огонь и как-то справиться со слабостью. Потому как пламя поднялось до самого неба, выжигая эту черную заразу. Если бы Хейзед с владыкой не поторопились, вам с Ясей пришел бы конец. Все же, я не ожидал, что огонь такой устойчивый, — с легкой досадой скривился Малиаз. — А удержать его уже не было никаких сил."

"— Но мы выбрались, — проговорила я, следя за лицом мужчины. Вот только было в нем что-то такое, от чего горло тут же сжалось в нехорошем предчувствии. Чувствуя, как сердце опускается куда-то ниже, становясь невыносимо тяжелым, тихо проговорила: — Не все выбрались.

— Не все, — поднося к моим губам чашку, невыносимо пахнущую травами, покачал головой Малиаз.

— Кто?

— Сперва выпей, — тихо, но твердо произнес дракон, и мне ничего не оставалось, кроме как послушаться.

Лекарство оказалось невероятно горьким, едва переносимым. Язык скрутило от такого резкого вкуса и меня едва не вывернуло, но на месте одной чашки тут же оказалась другая, наполненная сладкой прохладной водой. Чуть ли не захлебываясь, я за два глотка выпила все, только бы избавиться от горечи на языке.

Но и эффект от лекарства был почти мгновенным: в груди потеплело, и я почувствовала, как развязывается узел в груди. Кажется, там было что-то успокоительное.

— Так кто же?

— Жрец. Мы думали, что все ушли. Как только камень раскололся, бой сам собой затих, потому что больше не было за что сражаться. Вот наши противники и отступили. Мы отвлеклись на то, чтобы сдержать огонь и помочь пострадавшим. И пропустили удар. Инквизитор, тот, что был с нашивками, едва живой после стычки с Владыкой и Лотлем, он ждал.