– На каком основании вы обвинили меня в воровстве?

– Мой источник – уважаемый гранд-зельевар, уж извините, имени не назову. Я своих источников не разглашаю, конфиденциальность. Но вам ли не знать, у кого вы украли зелья? Или вы делаете это так часто, что имена жертв и не упомнить?

– Ваши слова лишены оснований, как и ваша статья, – ответила я, сохраняя спокойствие. Разве я виновата в чем-то? Нет. Вот и нечего трястись, как заяц! – Никаких краж не происходило. Мои зелья были изготовлены лично мной из ингредиентов, полученных законным путем.

Журналист фыркнул с презрением и отвел взгляд, словно показывая, что не верит ни на слово.

– Вы слишком уверены в себе, мисс Деламор. Хотелось бы посмотреть, как вы докажете свою невиновность.

Я улыбнулась, чувствуя, как натянуты мои нервы. Но я не могла позволить себе сломиться перед этим негодяем.

– Я собственноручно ей их выдал, – перехватил разговор Николас.

– А вы, собственно, кто?!

– Лорд Николас Ольбрехт.

– В-вы? Высший лорд? – сразу сник журналист.

– Вижу, что вам знакома не только фамилия моей невесты, но и моя, – Николас улыбнулся так зловеще, что не по себе стало даже мне. Никогда его таким злым прежде не видела!

Надеюсь, он сейчас не обернётся от всплеска эмоций и не сожрет этого негодяя! Доказывай потом, что непреднамеренно!

– В-в-ваша невеста?..

– Публичных извинений будет достаточно, – продолжил Николас. – Не на развороте, а на главной странице Кернского вестника. И в фамилии моей невесты вы допустили восемь ошибок. Совсем скоро она станет Ольбрехт, а вы зачем-то написали Деламор. Дарю вам этот эксклюзив совершенно бесплатно.

– Н-но…

– Ни меня, ни мою невесту не волнует, как именно вы будете согласовывать эту статью со своим начальством. В случае если завтра не будет публичных извинений, мне придется прибегнуть к другим методам решения вопроса. Вы оскорбили род Деламор своими лживыми предположениями, рискнули сомневаться в компетенции Кассандры, не совершайте ещё одну ошибку – не сомневайтесь в моих возможностях.

Пока я стояла и ошарашено хлопала ресницами, наблюдая за перепалкой, журналист отступил на пару шагов, ссутулился. На его лице отпечаталось замешательство, испуг. На секунду мне даже стало его жалко. До тех пор, пока я не вспомнила, что именно он написал.

Кассандра Арвен, бывшая наследница Деламор, опустившаяся до самых низостей, больше не является просто скрытым уродством великой династии. Она стала воровкой зелий, выдавая чужие творения за свои!

Николас приобнял меня за талию, притягивая к себе, и направился к выходу.

– Если ты хочешь еще что-то сказать, сейчас самое время, – его шепот обжег ухо, меня бросило в жар и к щекам прилил румянец.

Такая внезапная близость напомнила о поцелуе. А ведь мы так его и не обсудили.