Опустившись на колени, он приподнял девушку, придерживая на весу и заставляя закинуть ноги на свои плечи, так чтобы морда оказалась как раз напротив самого центра ее боли. Потом сильно ткнулся в лоно носом, и ткань трусиков впилась в ее плоть. Эта тоненькая преграда не мешала девушке ощущать горячее дыхание зверя, но она мешала ему. Недовольно зарычав, оборотень одним движением разорвал этот последний лоскуток на желанном теле, и она, словно лесная нимфа, светилась в лунном свете.

Холодный ветерок резко контрастировал с ее пылающей кожей. Проворный язык уже добрался до сосредоточия жара, действуя быстро и целенаправленно.

Громкие стоны Эмили разнесли вокруг, долетая до чувствительных ушей оборотней и сообщая им об успехе беты в завоевании своей пары.

Но самой Эмили этого было мало. Слишком долго она держала себя на грани, слишком долго мучила свое тело, слишком долго измывалась над этим гордым мужчиной. И сейчас он платил ей той же монетой. Как только наслаждение скручивалось в тугую пружину, он прекращал свои действия, отстраняясь и позволяя ветерку охладить разгорячённую плоть. А через несколько минут снова возобновлял наступление, насилуя своим длинным языком ее разбухший клитор, проникая им вглубь ее лона, поглаживая напряженные стенки.

Это были невыносимые муки. Стоны перешли в крики – наслаждения, разочарования, мольбы и гнева. И вот терпение оборотня подошло к концу, и он, недовольный непокорностью своей самки, отстранился от нее и поднялся. Ноги Эмилии, коснувшись земли, подогнулись, и она бы упала, если бы сильная ладонь не удержала ее на месте."

"– Пожалуйста, Ян, пожалуйста, – взмолилась девушка, терзаемая судорогами неудовлетворенности.

Слова мольбы порадовали слух властного зверя, еще сильнее распалив в нем желание обладания. Он резко развернул девушку спиной к себе, заставляя ее прогнуться и выпятить зад. Руки сжали нежные ягодицы, и у девушки мелькнула мысль, что наутро ее округлая часть покроется синяками. Впрочем, ей следовало ожидать появления таких отметин по всему телу. Если бы она могла измениться, то спаривание не доставило бы столько неприятностей, а так ей придется немного потерпеть. Ведь выжила Соня после сцепления с альфой, а она обычный человек.

Эмилия же все-таки оборотень, пусть и искалеченный.

Но тут все мысли из ее головы вытеснило ощущение твердого толстого органа, прижавшегося к мокрому лону. Эмили резко втянула в себя воздух и двинула задом. Но сильные руки удержали ее на месте, а рычание предупредило, что вся власть сейчас принадлежит самцу. Девушка захныкала и прикусила губу, чувствуя так близко то, что желала ощутить в себе.

Он потерся об нее, размазывая ее влагу по своему члену, раззадоривая ее этим действием еще сильнее.