– Киска моя… – простонал Хохол, опускаясь на колени перед ней и прижимаясь лицом к животу. – Где же ты была так долго?

Едва только солнце пробилось сквозь плотную штору окна, Хохол поднял хозяйку и потащил плавать, не слушая вялых протестов:

– Давай-давай, а то так и пролежишь до обеда, а надо бы и к футболистам съездить, Марадона очень просил, чтобы ты сразу появилась.

– О, черт, ничего без меня решить не могут! – пробормотала она, спускаясь вслед за Хохлом по тропинке к пляжу.

Там было совершенно пустынно, зато никто не мешал, и Женька позволил себе кое-что, помимо плавания…

– Ты мне так и не рассказала, что у тебя за родня, – сказал он, когда они возвращались на виллу.

 – Я понял, что брат – большой бугор, наших шерстяных тряхнули так, что пыль полетела.

– Кстати, об этом – давай поподробнее, если можно.

– Идем в кухню, кофе попьем, там и расскажу. – Он завел Марину в просторную полуподвальную кухню, усадил на табурет и принялся варить кофе. – Короче, подруга, дружков твоих закрыли, и Гордеенко, и Климова, и Сафонова."

"– Кто это? – удивилась она, услышав незнакомую фамилию.

– А тот капитан, что с поста ГАИ тебя забирал.

Там столько фактов всплыло, что им теперь на «красной» зоне долго париться придется. И, кстати, твой брат сам лично приезжал, у нас дома был, – добавил Женька, ставя на барную стойку перед Мариной чашку с кофе.

– Как – дома? В «Парадизе»? – Марина отставила чашку и потянулась за сигаретой. – Что – так прямо взял и приехал?

– А что ты удивляешься? Это ведь не секрет, где ты живешь, дали ему адресок в ментовке, он и приехал посмотреть, как все обстоит с потерпевшей. Но тебя, как назло, не оказалось дома – ты влюбилась и уехала куда-то, даже собственному телохранителю адрес не сообщила, – подмигнул он.

 – Видишь, как мы с твоим братом поладили? Первый раз со мной такое – чтобы с ментом за один стол сесть и базарить. Но он мне понравился – на тебя похож, такой же упертый. Слово с меня взял, что я тебя никогда не оставлю одну, и еще сказал одну вещь… – Хохол замялся на мгновение, а потом выдал: – Сказал, что не нравится ему твой англичанин, мол, неправильный он какой-то.

– Ясно – папашина работа! – вскипела Коваль, понимая, что именно отец внушил Дмитрию свои подозрения.

– Погоди, что ты вечно не дослушаешь и начинаешь? Я ему сказал, что знаю твоего ухажера, на Кипре-то вместе были, мол, нормальный мужик, хоть и со странностями.

– Конечно, ты не отказал себе в удовольствии проехаться в адрес Малыша, еще бы!

– Я не сказал ничего, что могло бы его оскорбить, – твердо ответил Хохол. – Ты прекрасно знаешь, что я всегда его уважал. И даже то, что между нами стоишь ты, не заставит меня уважать его меньше, это не по понятиям.

– Извини. Продолжай.