Как по команде двери купе захлопали, и из них стали выглядывать встревоженные пассажиры.

– Это граница? – спросил Таню молодой немец в клетчатом пиджаке. Он посмотрел на нее с долей жалости, как обычно смотрят на страшилку, которой суждено остаться старой девой без перспектив на замужество.

– Да, – Таня кивнула, – нас попросили не покидать купе.

Указательным пальцем Таня поправила очки в роговой оправе (она купила их на блошином рынке) и пригладила туго зачесанные назад волосы, свернутые на затылке в плоский узел. Мешковатое платье, уродующее фигуру, удачно довершало облик серой мыши из породы мелких клерков, презираемых в респектабельном обществе.

Постучав, она вошла в купе к Тюранам.

Мадам Тюран спала, прикрыв лицо носовым платком. От ее дыхания платок трепетал и вздымался могучей рябью. Месье Тюран читал газету. Он был мелким мужчинкой с суетливыми движениями и липким взглядом записного гуляки. «Жук еще тот, – охарактеризовала его Таня при первом знакомстве, – неудивительно, что мадам Тюран следит за ним, как кошка за воробьем».

– Мадам, месье, скоро граница. Готовьте документы.

Таня села на краешек полки подле месье Тюрана, ожидая, когда понадобятся ее услуги.

Мадам откинула платок и непонимающе моргнула глазами:

– Мадемуазель Таня, что вы делаете рядом с моим мужем?

От ее вопроса месье Тюран лихорадочно свернул газету и отпрянул в угол, едва не сбив локтем лампу на столике.

– Мадам, я пришла помочь вам при прохождении паспортного контроля. Сейчас будет пограничный пункт.

– Неужели я так долго спала? – одернув на груди блузку, мадам приняла вертикальное положение и достала сумочку. – Ну что ж, посмотрим, каковы на вид русские военные.

– Советские, – мягко поправила Таня.

– Ах, для меня, истинной француженки, эта территория всегда будет русской, как бы она ни называлась.

«Резонно», – подумала Таня, глядя, как мадам Тюран вынула из несессера тюбик помады и одним движением накрасила губы карминовым цветом. Следом за помадой из сумочки на свет появились бусы, которые Таня назвала для себя «Бежин луг» – зеленое стекло вперемежку с каплями прозрачного бисера.

Надо признать, что гардероб мадам был подобран с отменным вкусом. Перехватив Танин взгляд, мадам Тюран медленно провела пальцем по ожерелью:

– Может быть, в будущем и вы позволите себе купить нечто подобное. Как знать…

Дверь в купе приоткрылась:

– Паспортный контроль.

Два пограничника вошли в купе, перегородив собой выход. Один рыжеволосый, с веселым веснушчатым лицом, другой – гибкий и стройный, с огненно-черными глазами.

– Паспорта, пожалуйста.

Они говорили на плохом, но вполне понятном английском.

– Вы можете говорить по-русски, – сказала Таня, – я переведу.