Я ведь не ошиблась, когда впервые его увидела.

Мой муж. Любимый. Чем я могу удержать взрослого состоявшегося мужчину?

Собой!

Нам не хотелось это прекращать. И мы сменили мелодию. Играли, не отвлекаясь, я только успевала ловить настроение Санчеса, подыгрывала, а когда сбивалась, сатир крутил недовольно головой, вызывая у меня смех.

— Не халтурь, — с усмешкой наставлял он, приплясывая.

А сам без партитуры стал играть очень занимательную мелодию, которую я всего раз слышала. Рэгтайм из фильма «Ва-банк». И когда он играл, я медленно присоединялась к нему, с невероятным восторгом импровизировала.

— Это было здорово! — восхитилась я, когда мы всё-таки решили закончить музицировать.

Александр поцеловал мне руку и помог подняться. А когда мы повернулись, то замерли. Все гости, даже официанты смотрели на нас огромными удивлёнными глазами. Это вызвало у меня смешок. Они не ожидали такого от нашей пары? Теперь никто не будет сомневаться, что мы вместе по любви.

Отец Санчеса, ухмыляясь, начал хлопать в ладоши.

Можно было и лучше сыграть, но это же впервые, даже без репетиции. Посыпались аплодисменты. И Александр, взяв меня за руку, решил поклониться перед благодарной публикой.

— Сразили, — не могла успокоиться, было смешно.

Сатир повернул меня к себе и страстно поцеловал.

А как же стать и аристократичность без эмоций?

Я растерянно разомкнула губы и впустила его настырный жаркий язык. Забыла напрочь обо всём. Стала ласкать его язык своим, и было сладко, томительно. Нахлынуло возбуждение и жаркое волнение. Теперь мне было всё равно, что обо мне думают.

Этот квест я прошла. Он мне не понравился, но ничего сложного, в следующий раз справлюсь ещё круче.

Мы спускались со сцены, нежась в своей крохотной славе. К нам подходили, благодарили за вечер и поздравляли с росписью. Как-то быстро расползлись пущенные Лилией слухи. И Санчес стал рыцарем, отбившим девушку у ЛГБТ сообщества, а я так и осталась «артефактной любовницей» с высоким ценником. И мне не было стыдно за такой статус. А потому что я не любовница, а жена и получить меня теперь невозможно. Пусть любуются и слюни подтирают."

"Я извлекла из сумочки маленькую голубоглазую рысь. Игрушку я всегда носила с собой. Я бы могла не возвращать её Владлену, она мне очень нравилась. Но это был некий ритуал, отказ от каких-либо отношений.

Сунула рысь в белые руки опечаленного Кота. Мы на мгновение встретились взглядами. И я без слов говорила ему: «Мы не могли быть вместе. Ты бы не смог сделать для меня то, что сделал Санчес. Поэтому я не твоё Солнце».

— Приношу извинения вам, Эмилия Романовна, и вам, Александр Константинович.

Рыжий Кот. Он игрок. Так сказал, что все поверили в искренность его слов. Больше я на Владлена не смотрела. Александр пожал ему руку, отцы остались довольны.