Чтобы не отвлекаться на вопли, я старалась думать о них как о шуме грозы за окном, но все же крики «Дейрон, охренеть!» и «Да завали ты ее уже!» несколько сбивали с толку.

Мною двигала неудержимая ярость. И месть. И вообще — никому не позволено безнаказанно протыкать девушек иголками. В прошлый раз я не сумела его одолеть, но сейчас — победа вот она, почти у меня в руках, я на волосок от нее!

Медленно, будто под толщей воды, мой стик прочертил дугу и поднырнул под стик Эйсхарда. Наши глаза встретились. Он успевал убрать руку. Да что там, он успевал сделать это десять тысяч раз, но… Почему-то не стал. Позволил лезвию оцарапать тыльную сторону его ладони. Капля крови сорвалась на песок… И злость, ослепившая меня, мгновенно схлынула.

— Победа… кадета Дейрон. — Ректор, похоже, сам не верил тому, что говорит.

Тишина, воцарившаяся на миг, взорвалась криками. Один только Ярс, прищурившись, смотрел на друга.

— Ты подставился, — прошипела я. — Я-то знаю.

Губы Эйсхарда снова дрогнули в полуулыбке, но он ничего не ответил.

***

Когда я вернулась на место под несмолкающими обсуждениями, Веела молча обняла меня. За два турнирных дня я получила с ее стороны столько поддержки, сколько не видела за предыдущие месяцы. Непривычно.

Вся эта кровь и азарт боя, моя едва не случившаяся смерть не могли не разволновать нежную Фиалку. А ведь ей только предстоит поединок.

— Не бойся, — прошептала я.

Она качнула головой.

— Я боялась не за себя… И Рон… Бедный Рон, пострадал из-за меня. Все из-за меня…

— Ну-ну! — Я шутливо подтолкнула ее плечом. — Не такая уж ты и важная птица, Ансгар, и мир не вертится вокруг тебя одной.

Веела сидела потупившись, но теперь вскинула голову. В больших синих глазах, опушенных слипшимися от слез ресницами, появилось что-то решительное, жесткое, однако, мелькнув, тут же пропало. Веела ссутулилась и погасла.

Я отыскала взглядом Ледышку, который занял в проходе позицию наблюдающего и как ни в чем не бывало следил за боем Атти Галвина. В сердце, где совсем недавно саднило воспоминание о игле, впивающейся в чувствительную кожу под воротничком, поселилось теплое чувство. Тайлер уступил. Зачем? Попросил прощения за ту боль, что когда-то причинил?

Все уверены, что кадету Дейрон просто повезло: иногда удача поворачивается лицом и к неопытным желторотикам. Только мы вдвоем с Тайлером знаем правду."

"— Это просто отлично, Аля, что тебе засчитали победу, — сказала Веела. — Ты билась, как львица! Никто не сможет оспорить.

Она наклонилась ниже:

— Даже если командир подставился, это невозможно доказать. Все, Аль, больше никаких поединков!

— Я не представляю, как выглядит львица, — пробормотала я какую-то ерунду, лишь бы уйти от неудобного разговора.

— Не представляешь, как выглядит львица? — изумилась Фиалка.