И агукают-то они на пару, и ночью он к нему сам встает, и укачивает… Ага, нарадовалась. Так и знала, что какая-нибудь фигня произойдет.

Я с тоской посмотрела на Барсика, который сидел у моих ног.

– Ну что? В честь тебя назвали, радуйся! – Скривилась я и отправилась в дом.

Дел тьма. Надо бы еще ружья найти.

* * *

Пять лет спустя

– Нотя, а ну слезай с Барсика. Он старый уже. Иди лучше на Валере покатайся. Он-то в самом расцвете сил. – Принялась ругаться я, шуганув зайца Мазая, которого подобрала весной на реке.

Сын, тяжело вздохнул и с интересом посмотрел на кусты, за которыми еще пять минут назад неудачно скрывался сильно отъевшийся медведь."

"– Мам, он жбежал! – Обиженно заявил ребенок.

– Сам виноват. Думаешь, он тут весь день сидеть будет около тебя? Иди лучше папе помоги. – Кивнула я на мужскую спину, которая виднелась между деревьев.

Ромка уже две недели возился с беседкой. Но до сегодняшнего дня его постоянно отрывали от дела. То разборки между соседями в поселке, то кто-то барана украл, то пьяная поножовщина. Нескучную он себе работку обеспечил. Однако поселковые такого участкового боялись, в отличие от того же Варфоломеева. Он как-то мужика, который свою мать побил, в проруби искупал. Того от рукоприкладства как бабка отшептала.

А сегодня вот выходной. Надеюсь, что ни у кого крышу не снесет. Я же вон сижу на пятой точке ровно, веники березовые вяжу.

Звук приближающейся машины я услышала сразу. Странно, мне обычно заранее звонят. Я прихватила топор, которым подрубала ветки, проследила, чтобы сын находился в поле зрения отца и направилась к березовым воротам.

У ворот стояла машина Михаила, из которой при виде меня выбралась Неля.

– Степа, мы к тебе! – Радостно объявила рослая шатенка.

Я печально посмотрела на Мишу, не спешащего выходить из машины.

– И что вы натворили? – Нахмурилась.

– Сбежали. – Тут же посерьезнела девушка. – Миша на мне жениться захотел, а отец против.

– Нель, какая женитьба. Тебе только-только восемнадцать исполнилось. – Попыталась я ее вразумить.

– Мне через три месяца девятнадцать. И… мы уже расписались. Сегодня. Вот! – Созналась она и упрямо выпятила подбородок.

– Корнелия, мать твою – дуру крашенную! – Выдохнула я. – Ты хоть понимаешь, что Глеб нас всех убьет? Он скорее всего уже сюда едет.

– Мама Ира не даст ему нас убить, если ты прикроешь. – Улыбнулась девушка. – А можно мы у тебя поживем, пока он совсем не успокоится? А то в городе он будет дневать и ночевать у дверей Мишиной квартиры.

Я скептически посмотрела на Михаила, на морде лица которого еще виднелись зеленовато-желтые синяки после прошлого общения с Глебом. Мда. А ведь парень-то начал ухаживать за девчонкой только тогда, когда той восемнадцать исполнилось, чтобы все по закону. И Ирка против не была.