Стараясь не побеспокоить женщину и проверяя свои навыки, Евгений незаметно стянул головной убор с чемодана и надел на голову широкополую красавицу, надеясь хоть как-то замаскироваться под ней.

Быстро проходя мимо еще пять минут назад невесты, Женька вдруг понял, что ему стало легче, и удивился этому чувству. Оно было простым и каким-то верным, словно кто-то другой за него решил и больше ничего не надо исправлять и думать. Не надо становиться как все, не надо заставлять себя быть счастливым по общему сценарию. Но насладиться этим чувством не получилось. Сзади послышался вопль:

– Держи воровку!

Он был настолько воинственным, что Евгений Бабушка сразу понял: этот призыв летит за шляпой – и даже немного испугался, прибавив шаг, надеясь все же успеть покинуть коридор. Но он недооценил русскую женщину, она не готова была терять свой трофей, приобретенный на турецком берегу в жестком торге с африканским мигрантом, и не положилась на русский авось и своего мужа, что, в принципе, одно и то же. Дама со скоростью света, которая, казалось, была невозможна, учитывая ее вес и комплекцию, догнала Евгения и, не доверяя одним словам, всем весом рухнула на майора. Поверженному мужчине даже показалось, что его кости предательски хрустнули и обратной дороги встать на ноги уже не будет.

– Сволочина крашеная, – сказала женщина уже не так рьяно и стянула с Евгения шляпу.

Женька хотел возмутиться, что это его натуральный цвет волос, но промолчал, не потеряв до конца надежду остаться незамеченным для бывшей невесты.

– Мужик, ты что, того? – увидев, что ошиблась в половой принадлежности вора, дама даже с сожалением взглянула на поверженного врага. – Ты из этих, что ли?

Было видно, как женщина пытается подобрать слова, но ничего, кроме неприличного, не приходило, видимо, ей на ум, и она, не забывая, что все-таки леди, усиленно пыталась подыскать приемлемое. И вот когда ничего не нашлось и уже оскорбительное, по ее мнению, слово готово было слететь с губ, к ним подлетел супруг грозной дамы.

– Моя, ты не ударилась? – поинтересовался краснолицый и заботливо оглядел сидящую на Евгении победительницу, не обратив никакого внимания на поверженного ею врага.

– Витя, ты только не бей его, – затараторила супруга, видимо зная о вспыльчивости мужа. – Он этот, ну, которые как бабы, – она все-таки нашла нужное слово, чтобы не ругаться при людях, – видимо, не сдержался, увидев такую красоту, – на этих словах она водрузила вернувшийся к ней трофей обратно себе на голову, так и не встав с Женьки."

"Пока супруг Виктор от злости и ненависти еще больше наливался кровью, Жека поглядывал в сторону Лели, в душе все еще надеясь остаться для девушки незамеченным.