А губы Оуэна… О, такого она не могла бы представить даже в самых смелых своих фантазиях. Алекс с громкими стонами выгибалась под его ласками и мысленно восклицала: «О, хоть бы это не заканчивалось никогда!»

– Оуэн, Оуэн, Оуэн… – стонала она. И судорожно хваталась за волосы любимого – словно опасалась, что он вдруг остановится и отстранится. Острейшее удовольствие раз за разом пронзало ее и, волной прокатываясь по всему телу, сосредотачивалось в самом интимном месте. Ей даже пришлось свести вместе ноги, чтобы напряжение меж ними не было столь непереносимым.

– Я хочу, чтобы наступила развязка, Алекс. Ты знаешь, что это значит? – послышался голос Оуэна.

Алекс отчаянно помотала головой.

– Нет, не знаю… – простонала она. Но что бы это ни было, ей ужасно хотелось это испытать.

Пальцы Оуэна легонько сжимали и поглаживали ее соски. А потом он, скользнув чуть ниже, проговорил:

– Милая, раздвинь ноги.

– Да, хорошо, сейчас… – простонала Алекс.

Оуэн осторожно раздвинул колени девушки, а потом, легонько сжимая пальцами груди, коснулся языком сосредоточия ее страсти. Алекс вскрикнула и замерла на мгновение. После чего со стоном прошептала:

– Ах, Оуэн…

А он, продолжая ласкать ее, проговорил:

– А теперь сама дотронься до себя.

Чуть помедлив, Алекс сжала свою грудь – и снова застонала. А Оуэн тем временем продолжал ласкать ее лоно.

– О, Оуэн, я… – Алекс умолкла, не зная, как передать свои чувства и ощущения; удовольствие струилось по всему ее телу и становилось почти непереносимым в самом интимном месте, к которому то и дело прикасались губы и язык Оуэна.

Тут Александра тихонько захныкала, и Оуэн, убрав одну руку с ее груди, погрузил палец в горячее лоно. Алекс мотнула головой и громко застонала.

– Оуэн!.. – воскликнула она.

– Просто чувствуй, Алекс. Просто чувствуй и дай себе свободу, – проговорил он.

Его горячие губы меж ее ног, рука на груди, палец внутри лона, то и дело выскальзывавший наружу и погружавшийся вновь, – всех этих ощущений было слишком много, а Александре казалось, что она вот-вот не выдержит и тогда… Что же тогда?

Наконец она громко вскрикнула и содрогнулась. После чего все тело ее еще некоторое время сотрясала совершенно неконтролируемая, но сладостная дрожь. А потом Оуэн скользнув вверх и заглянул ей в глаза. На губах же его играла улыбка.

Минуту спустя, медленно спускаясь с небес на землю, Алекс пролепетала:

– О, не могу поверить… Я понятия не имела… Я просто…"

"– Лишил дара речи? – Наклонив голову, Оуэн прижался губами к губам любимой, и она ощутила на языке солоновато-сладкий вкус. Наверное, все это было очень неправильно, но зато – необыкновенно чувственно. Снова задрожав, девушка прошептала:

– Да, я действительно лишилась дара речи.

– Вот и хорошо.