— Это же ужасно!

Видимо, по моим интонациям Тору понял смысл и стал что-то быстро-быстро говорить, размахивая руками, как итальянец.

— Он говорит, а что такого? Так же всем удобнее. Говорить на одном языке удобнее. Общий язык объединяет. Зачем нужен второй? И зачем нужны песни на языке, на котором никто не разговаривает? Их же никто не поймёт!

С этим сложно спорить, дорогой дневник.

Это же логично!

И даже знакомо.

Нет, если вдуматься, то Тору прав. На одном языке в государстве разговаривать куда удобнее, чем, к примеру, на… Да на любом другом! И про песни тоже…

Но, дорогой дневник, когда это происходит в чужом мире, почему-то выглядит совершенно не так, как в своём!

— Ладно, пора спать, — скомандовал Лео, останавливая мою рефлексию.

Из ниоткуда появился наш лежак. Для Тору чуть в стороне лежала заготовленная куча веток. Я отошла к речушке — вымыть посуду и вообще.

Когда я вернулась, Леонарду связывал родонца."

"Я была до такой степени потрясена, что не знала, как на это реагировать.

— Поля, я вынужден принять меры безопасности. У нас два варианта: или кто-то из нас должен дежурить, или мы связываем Тору и спокойной спим.

Тору, в очередной раз уловив суть нашего разговора, опять что-то заговорил, кивая. И даже попытался махать руками, но не смог. Они были связаны.

— Он говорит, что я прав. Что это разумная предосторожность.

Я подняла руки, показывая, что пусть делают, что хотят. Лишь бы не трогали меня.

Мне было нечего возразить. Да, Тору мил и полезен. Но откуда мне знать, не захочет ли он выкупить свою жизнь и жизнь своей дочери на куда менее ценные жизни безродной девушки Поли и вражеского мага Лео? В конце концов, никто не думал про Чикатило, что он маньяк.

Лео был прав.

Он заботился о нашей безопасности.

Но когда он лёг на наш лежак и попытался обнять, я вывернулась, сказав, что слишком жарко.

От костра действительно веяло жаром. И вообще вокруг было теплее. В низине летом теплее, чем в горах.

Но обычного ощущения комфорта, доверия и безопасности, дорогой дневник, между нами больше не было.

— Поля! — Я проснулась от оклика Леонарду. И по доброй традиции не поняла, где нахожусь.

Лео торопливо скидывал в виртуальную котомку посуду с земли.

— Что случилось? — Я потёрла глаза, пыталась их подрать. — И где Тору?

— Я тоже очень хотел бы знать, где Тору. Это, — Лео показал мне размочаленные или перегрызенные куски верёвки, — всё, что от него осталось.

— То есть он сбежал?..

Мозг никак не хотел включаться. Какой смысл? Он мог уйти от нас тысячу раз! Его никто не держал.

Ну, кроме сегодняшней ночи.

— Я разговаривал с Алёной. — Лео проигнорировал вопрос. Или посчитал его риторическим.