Ведь совсем недавно она была на другом конце света, загорала на пляже, купалась в море, пила свежий ананасовый сок. Все как и положено в том мире, который принадлежал Кловер. Но сейчас она уже не Кловер. Она – Дот! Дот Симпсон с улицы Роупмейказ-Филдс. И это – ее жизнь, которую нужно постараться прожить наилучшим образом.

– Ну, что, сейчас спать? – Голос Уолли прозвучал глухо, откуда из-за спины.

Дот повернулась к нему и улыбнулась.

– Да! Совсем обессилела!

Он понимающе кивнул головой.

– И вот еще что, Уолли!

– Что?

– Сегодня у нас первый раз! Понимаешь? Начинаем все сначала!

Еще один кивок головой.

– Я помню об этом!

Она взяла его руку и сжала ее в благодарном порыве.

– Спасибо тебе, Уолли! И не только за то, как ты преобразил нашу квартиру… Спасибо тебе за все! Ты сделал мне просто потрясающий подарок! Я никогда не забуду об этом, Уолли!

– Дот!

– Да, мой дорогой!

– Давай больше никогда не будем касаться этой темы, ладно?

Уолли скрылся в ванной и принялся чистить зубы. Ведь они действительно начинают все сначала. Он чистил зубы и негромко насвистывал мотивчик, который недавно слышал по радио. Песенку в исполнении Этты Джеймс, которая называлась «Наконец».

* * *Дот лежала на больничной каталке, слепо щурилась на яркую полоску света, льющуюся откуда-то сверху. Из радиоприемника, установленного на дежурном посту медсестры, доносились негромкие голоса исполнителей. Дот узнала рок-ансамбль. Это группа «Четыре сезона» наяривает одну из своих самых популярных песенок. «Шерри… детка! Приходи ко мне сегодня и останься со мной на всю ночь…» Дот невольно засмеялась. И правда! Приходи ко мне, Шерри, и останься здесь на всю ночь! Неужели она сумеет выдержать еще одну ночь? Родовые схватки ритмично следовали одна за другой через определенные промежутки времени, но сам процесс родов почему-то замедлился, хотя боль была еще вполне терпимой. Одна из сестер дала Дот резиновую руку, чтобы забавляться с нею и тем самым хоть немного отвлекаться от болей, но для роженицы, которую только что доставили в родильный отсек и у которой вот-вот начнется очередная схватка, резиновая рука – весьма слабое отвлечение. Дот с радостью бы зашвырнула эту совершенно бесполезную, с ее точки зрения, игрушку куда-нибудь подальше. Неужели у медперсонала нет в распоряжении чего-нибудь посерьезнее, недоумевала она. На тот случай, если понадобится, конечно. Тоненькая ночная сорочка совсем не согревала, и Дот с радостью залезла под теплое шерстяное одеяло бледно-голубого цвета, натянув его до самого подбородка. На ногах белели довольно симпатичные носочки.