Отец, скажите ей, она должна выйти за меня замуж! Скажите, прошу вас!

Его милость спокойно ответил:

— Я считаю себя не вправе навязывать мисс Чаллонер свою волю.

— О, сэр, неужели вы провели целый час в ее обществе и не поняли, насколько выше меня эта девушка? — пылко воскликнул маркиз.

— Вы, как всегда, ошибаетесь, Видал, — герцог усмехнулся. — Если мисс Чаллонер согласится стать вашей женой, я буду считать себя ее должником, но из чувства справедливости я обязан посоветовать ей хорошенько подумать, прежде чем решиться на столь опрометчивый шаг. — Он ласково взглянул на Мери. — Милая, вы уверены, что не желаете себе лучшей доли, чем брак с моим сыном?

Видал не смог сдержать ликующего вопля. Он еще ближе привлек к себе мисс Чаллонер.

— Мери, взгляните на меня! Мери, любовь моя!

— Мне не хочется вас перебивать, Видал, но я должен напомнить мисс Чаллонер, что ей следует руководствоваться лишь собственным желанием или нежеланием, это уж как ей угодно. — Герцог Эйвон встал и подошел к молодым людям. Видал неохотно выпустил мисс Чаллонер. — Вы кажетесь разумной девушкой, — продолжал его милость, — поэтому мне трудно поверить, что вы и в самом деле желаете выйти замуж за моего беспутного сына. Я просил бы вас не принимать в расчет двусмысленность вашего положения. Если брак с Видалом вам неугоден, в моих силах уладить это деликатное дело.

Мисс Чаллонер не отрывала глаз от камина.

— Я не могу… Я… герцогиня… моя сестра… Я не знаю, что сказать!

— Мнение герцогини не должно вас беспокоить, — с легкой улыбкой возразил его милость. Эйвон подошел к двери, на пороге оглянулся и небрежно произнес: — Кстати, Видал, твои моральные устои оказались выше моих. — Он вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь."

"Маркиз Видал и мисс Чаллонер остались с глазу на глаз. Она не смотрела на него, но знала, что он не сводит глаз с ее лица. Видал больше не пытался завладеть руками Мери. После долгого молчания он медленно заговорил:

— До тех пор, пока вы не убежали с Комином, я не понимал, что люблю вас, Мери. Если вы не выйдете за меня замуж, я проведу остаток жизни в стремлении завоевать вас. Я не успокоюсь, пока не добьюсь своего. Никогда, вы понимаете?

Улыбка появилась на губах мисс Чаллонер.

— А если я соглашусь? Вы позволите мне идти своим путем? Вы не станете перечить моим стремлениям? Вы не будете ни гневаться на меня, ни навязывать мне свою волю?

— Клянусь! — торжественно пообещал Видал.

Мисс Чаллонер подняла на него глаза, полные нежности.

— Любимый, мне кажется, я понимаю тебя гораздо лучше, чем ты сам! — сказала она внезапно охрипшим голосом. — При первых намеках на сопротивление ты постыдно уступаешь. О, Видал!

Его светлость так неистово сжал мисс Чаллонер в объятиях, что она чуть не задохнулась.