Вон и наша богатырша смутилась, бросив на неё взгляд.

— Это Мавра! — сообщает Великогорыч. — Она возглавляет среднюю дружину. Конунг, мы обязаны помочь нашим!

— Поможем, — киваю. — Обязательно поможем. Знаешь, как?

— Бросимся в безжалостную сечу? — загорается энтузиазмом бывший конунг. Эх, и потому тавры при всей своей мощи так далеко отстали в завоеваниях от ликанов. Хорошо, хоть и урсары недалеко ушли от моих рогатых здоровяков. А иначе разве оставили бы они тылы без прикрытия?

— Нет, отойдем в сторонку и не будем мешать пулеметам, — хлопаю Великогорыча по плечу.

Через пять минут выпрыгнувшие из леса бронемобили открывают беспощадный огонь, маги подсобляют дальнобойными атаками, и в мгновение ока земля возле частокола устилается поверженными врагами. Офигевшие тавры за стенами с испугом прячутся внутри. И это очень не понравилось Великогорычу.

— ЭЙ! МАВРА! ТЫ ПОЧЕМУ ПРЯЧЕШЬСЯ ПЕРЕД КОНУНГОМ! — как заорет он. — БЫСТРО ВЫБЕГАЙ И СКЛОНЯЙ ГОЛОВУ!

— Прости, деда! — тут же запричитала высунувшаяся таврида. Я приподнимаю бровь. «Деда»? — Подожди, мы ворота забаррикодировали.

Сейчас отворим и все склоним ниц перед тобой.

— Не передо мной, дуреха! — безжалостно ругает Великогорыч воеводу средней дружины и свою внучку. — У вас новый конунг!

— ЧТО?!!! — это уже ревет весь острог.

* * *Великоград, Ликания

— Возьми самого быстрого пегассира и… — король Кенрис передает запечатанный конверт гонцу.

— Мой король, прости, но самого быстрого летуна украли из твоей конюшни больше недели назад, — склоняет голову гонец. — Как раз в то время, когда пропал сир Джейр.

— Ррр… тогда возьми самого быстрого коня из оставшихся и отдай это послание лично в руки вождю урсаров, — с раздражением произносит король Кенрис.

— Ратвер запретил мне убивать Филинова. Но я не потерплю чтобы этот иномирянин присутствовал на дне рождении моей дочери. Пускай Бурое племя позаботится об этом.

Глава 13

Даня и медведи

Сказать, что Мавра удивилась, — это ничего не сказать. То же самое касалось и её дружинников. Всё же средняя и малая дружины не присутствовали на нашем с Великогорыче Больмганге, только старшая, которую занесло в тибетский монастырь благодаря проделке Странника.

Мы собрались в большом тереме в остроге, который спасли от налета урсаров. Я уселся на большой деревянный стул с высокой спинкой. Подле меня встали мои жёны, а передо мной собрались Великогорыч и Мавра с ближайшими дружинниками.

В среднюю дружину входили бойцы бывалые и проверенные, но ещё не настолько опытные, как в старшую. Молодые тавры с удивлением смотрели на меня, но Булграмм пользовался непререкаемым авторитетом. А потому меня быстро признали как нового конунга.