И теперь полки бывшего пристанища мышей-самоубийц ломились от деликатесов, а девица, она же Новогодний подарок Савелия — глазела на всё это с выпученными глазами.

Впрочем, Даша быстро пришла в себя и, закатав рукава своего элегантного платья, принялась кашеварить. Вот подфартило-то. И готовить умеет, и симпатичная. Ну чем не подарок?

Симпатичной, кстати, девица стала для него сразу же, как только зашла на кухню. Вот нравятся ему такие. Тихие, домашние, чтобы место своё знали, но и мужика могли завлечь не только котлетами.

А эта ничего. И котлеты с такой будут и секс хороший. Вон фигурка какая у неё — не сухая, но и в жировых складках не тонет. Как раз, что нужно — и подержаться и потрогать, и на руки поднять.

К слову, Савелий в последнее время довольствовался «сухпайком» и начал понимать, что не в силиконе счастье.

Такую вот, сочную, тоже можно потискать.

В штанах стало тесно, когда она уронила нож и наклонилась за ним, выпятив задницу. Круглую, аппетитную задницу. Хорошую такую задницу. Вот бы задрать сейчас подол её платья, спустить колготки вместе с трусиками и войти на полную длину. До самых яиц засадить.

Гром аж глаза закатил, как представил сию картину. В паху камень, а руки тянутся к девице.

— Ой, вы чего?! — подскочила, как ошпаренная, а Савелий только осознал, что, пристроившись сзади, смял её ягодицу.

Жаль, что платье мешает.

Хотя…"

"Развернул снова спиной к себе и, надавив на затылок, уложил Дарью на стол. Она испуганно трепыхнулась, за что наградил её увесистым шлепком по той самой желанной попе и рывком поднял платье.

— Не надо, — прошептала неуверенно и совсем неубедительно.

Бабы… Когда они говорят «нет» — это значит «да», но надо поухаживать. Что ж, Грому не западло. Поухаживает сейчас.

Отодвинул трусики девушки в сторону и пальцами прошёлся по нежным складочкам, что тут же увлажнились.

Она застонала, но тут же трепыхнулась и повела попой, пытаясь избавиться от настойчивого «ухажёра». Не очень активно, опять же. Так, для приличия капризничает.

Савелий помассировал клитор, размазывая влагу по горячему бугорку, и вошёл двумя пальцами в промежность.

— Расставь ножки пошире, — хрипло прошептал ей на ухо и Даша замотала головой.

— Не могу. Я не могу. У меня жених… Пожалуйста, я не могу, — чуть не плакала, пытаясь переубедить его, но сама того не хотела.

Ой, дура капризная.

— Почему нет? Ты же хочешь, — ввёл в неё пальцы так глубоко, что взвизгнула и подалась ему навстречу. — Ну вот. А ты говоришь, не могу. Расставь ноги, ну же! — добавил угрожающих ноток и Даша задрожала от возбуждения.

Да девица любит построже. Отлично.

Расстегнул ширинку, провёл головкой по скользкой, влажной промежности и…

— Савелий!

— А? Что? — моргнул пару раз прежде, чем понял, что это всё ему привиделось.