Грому достаточно пару раз в недельку отъебать какую-нибудь шлюшку, а кроме дырки его ничего в женщинах не интересует.

— Ну, как знаешь… Всё же девочку возьми с собой. Они у меня профессионалки, — Арман ущипнул девицу, что сидела рядом с ним за задницу, отчего та игриво завизжала.

Гром поморщился. Не любит он лишние звуки. Вот Даша та кричала, да. Но ему нравилось. А когда пищат, как мыши — раздражает.

Спустился вниз, заинтересовавшись девушкой, что так напомнила ему сладкие новогодние праздники и уверенной походкой направился к бару. Похоже, уже понятно, кто сегодня придёт в гости в лесной домик.

Не дошел пару метров, остановился. Даже глазам своим сначала не поверил. Это же и есть Дарья. Та самая, которую он ещё несколько дней назад драл в своей кровати.

— Ну привет, подарочек.

Усмехнулся. А женишок-то наш, тот ещё лошара. Мало того, что невесту в лес отпустил, где её несколько дней трахал от души первый попавшийся мужик, так ещё и по клубам отпускает. Гром ни за что не отпустил бы свою бабу на гулянку. В подвале бы запер, но не отпустил.

Даже захотелось познакомиться с этим кретином. Объяснить ему, что нельзя быть таким мягкотелым похуистом. Лучше уж бросить бабу, наставляющую тебе рога, чем с гордостью их носить."

"Обвёл взглядом всю компанию у бара и понял, что Даша здесь только с подругой. Причём накидались обе уже знатно.

Как только шагнул в их направлении, Дарья отчего-то вскочила, сняла туфли и, что-то шепнув бармену, вскарабкалась на барную стойку. У Савелия глаза чуть на лоб не полезли, когда она распустила свои длинные волосы (которые он с таким удовольствием наматывал себе на руку, пока вбивался в неё сзади), и начала выплясывать прямо на стойке, задирая и без того до неприличия короткое платье.

Мужики, узрев сие, повалили с разных сторон, как акулы, учуяв свежую кровь. Блядь, да её прям здесь сейчас поимеют! Дура!

Выругался и пошёл к бару, чтобы содрать эту пьяную идиотку со стойки и вытащить из задницы, в которую она сейчас попала. Но какой-то мужик успел первым и, дернув Дарью на себя, схватил ее своими ручищами за талию.

Гром сам не понял, отчего так взбесился. Словно тронули его вещь. Как будто его любимую «Бэху» угнали. Захотелось убивать до красных точек перед глазами. Рванул к ним и, мягко говоря, охерел, когда музыка стала потише, а до его ушей донеслись слова мужика.

— Да не стесняйся, лапа. Сегодня со мной затусишь, хвостиком покрутишь, а я отблагодарю хорошо, а?

Даша затрепыхалась, силясь вырваться, но уродливый Казанова держал её крепко и даже не замечал этих попыток. Ну что, допрыгалась по барным стойкам? Тупица.

— Лапа со мной тусит! — рявкнул на мужика, а тот косыми зенками уставился на Савелия.

Даша замерла.