Сдавайте, Константин Платонович!

Не успел я перетасовать колоду, как в столовой, где мы оккупировали стол, появился Тришка.

— Константин Платонович, к вам этот… Посятитель.

— Кто такой?

— Не знаю, мещанин какой-то. Молодой, одет по-простому, на санях приехал.

Я поморщился. Принимать даже крестьян в домашнем халате и тапочках казалось непозволительным. А идти к себе и переодеваться, честно говоря, было лень.

— Сделаем перерыв? — спросил Киж. — У меня всё равно рябиновка кончилась.

— Придётся. Трифон, проводи посетителя в гостиную, я сейчас выйду.

* * *В гостиной препирались мужской и женский голоса. Их хозяева не услышали моих шагов, и до меня долетел забавный разговор.

— Ванечка, поехали отсюда, пока не поздно.

— Да что ты! Только приехали, даже не узнали…

— Ничего от дворян хорошего не видели, Ванечка, и этот барин тебя обманет. Вон как тот, с часами, даже копейки не заплатил.

— А этот денег на дорогу прислал, думаю, честный человек.

Я вошёл в гостиную, с интересом разглядывая посетителей. Бородатый мужчина-орк, чуть старше меня, одетый в длиннополый кафтан. И совсем молодая орка в простом тёмном платье, с платком, накинутом на голову.

— Добрый день.

Увидев меня, они согнулись в поклоне.

— Добрый день, Константин Платонович. — Мужчина был явно удивлён, видимо ожидал, что «барин» будет гораздо старше. — Я Иван Кулибин. Письмо от вас получил, вот, по вашему приглашению и приехал. А это жена моя, Наталья.

Женщина смотрела испуганными глазами и, когда её представили, поклонилась ещё раз.

— Очень рад, что вы приехали. Вижу, замёрзли в дороге. Чаю?

Настасья Филипповна организовала нам самовар и ватрушки. Под чай я разговорил Кулибина и за час выпытал всю подноготную. С самого детства он увлекался механикой, сам разобрался в часовом деле и начал делать медные часы на заказ. Его отец держал в Нижнем Новгороде мучную лавку, но не так давно умер, а Кулибин не имел ни желания, ни способностей заниматься торговлей. Увы, часы не приносили приличного дохода, оттого он и ухватился за моё предложение."

"Кулибин оказался бесхитростным, даже где-то наивным, но вот в механике соображал моментально. Чтобы проверить его, я набросал карандашом на листочке бумаги один из узлов моего броненосца, который не давал покоя нам с Прохором. Кулибин подумал пару минут, попросил карандаш и тут же предложил другой вариант. Мы увлеклись с ним обсуждением, поспорили, а затем решили опробовать новую деталь в металле.

Оставив жену Кулибина заботам Настасьи Филипповны, мы с ним отправились в мастерские. Прохор поначалу отнёсся к новому человеку с недоверием. Мол, вот ещё, будет какой-то заезжий указывать! Но буквально за час они нашли общий язык, сошлись накоротке и вместе принялись мастерить. Оставалось только наблюдать и радоваться.