На самом деле, предположительно, она была результатом интрижки моей невесты и брата за моей спиной.

Последовала тишина. Ауч. Ладно. Честно говоря, я это предвидел. Мое дерьмовое поведение сводилось не только к недосказанности касаемо ребенка моей бывшей невесты.

– Кто ее биологический отец? – спросила Мэд через дверь.

– Какой-то парень из Висконсина. Я отправился к Эмбер сразу после того, как сделал тест. – Я провел рукой по волосам. – После того, как мы с ней расстались, она поняла, что это точно конец, и пыталась связаться со мной, избегая Джулиана. Хотела загладить свою вину.

К тому времени я находился в постоянных разъездах и не поднимал трубку. Она вернулась домой, дабы залечить ту сломанную хреновину, что у нее в груди. Отец Клемми – ее старый воздыхатель со школьных времен. Эмбер сказала, что поговорит с ним. Мы все устроим так, чтобы у Козявки было лучшее детство.

– Как же все запутанно, – вздохнула Мэд."

"– Да.

– Бедная Клемми.

Я шумно втянул носом воздух.

– Ага.

Я до смерти любил свою племянницу, но пришел сюда не для того, чтобы говорить исключительно о ней.

– В любом случае, – я прочистил горло, – моя семья не испытывает ненависти к тебе.

Просто для ясности. Мама считает меня главным засранцем, а отец, вероятно, исключит из своего завещания. Но ты им все равно нравишься. А когда я объяснил, что ты даже не попросила денег или чего-то еще, а пошла на обман исключительно ради Ронана, ты стала настоящей героиней в их глазах.

Я бы назвал ее Мученицей Мэдди, но на самом деле в последнее время она перестала быть той кроткой, неуверенной в себе девушкой, которую я встретил в первый раз. Она умела постоять за себя и делала только то, во что искренне верила.

И, к сожалению, это делало ее до глупости неотразимой.

Тишина по ту сторону двери действовала мне на нервы. Я прижался лбом к деревянной поверхности, зажмурив глаза.

– Не хочу, чтобы это закончилось. – Признание шепотом слетело с моих губ.

Я еще не готов рассказать ей все. Казалось, сейчас идеальное время для осознания того, что я в нее влюблен. Ведь проснуться завтра, зная, что на повестке дня нет Мэд, представлялась перспективой, от которой хочется покончить с собой.

– Прошу. – Ее голос дрожал. – Уходи.

Я прижал пальцы к двери, а затем ушел, впервые за время нашего знакомства уважая ее границы.

Говорят, что, поступая правильно, ты чувствуешь себя хорошо.

Но это ошибочное мнение.

Правильный поступок казался дерьмовым. Откровенно глупым. Снова оказавшись на улице, я поднял взгляд на ее окно, не обращая внимания на стучащий по лицу дождь. Я увидел Мэдисон за стеклом. Она плакала.

И когда я садился в такси, а капли продолжали стекать по моему лицу, я подумал, что, возможно, и я тоже.

Глава 22

Мэдди

Я справилась.

Я постояла за себя.