Я разочарованно зарычал.

Черт. Я влюблен в Мэд.

Из всех женщин во вселенной именно в Мэдисон «Мэдди» Голдблум. В девушку, которая носила ужасную одежду с рисунками, короткую стрижку пикси, вышедшую из моды еще в девяностых. В ту, кто одержим цветами, свадьбами и идеей прислуживать людям. Мне нравилось, что она милая, добрая и заботливая, но в то же время дерзкая, остроумная и самодостаточная.

Я до боли влюблен в Мэд и даже не подозревал об этом, пока не стало слишком поздно.

– Мэд. – Спотыкаясь, я вернулся к ее двери, прижался к ней лбом и закрыл глаза. Господи. Потерять отца и любимую женщину одного за другим – это слишком.

Что я такого сделал с кармой, чтобы заслужить этот анал без смазки?

Неважно. Есть огромный список.

– Пожалуйста.

– Чейз, – услышал я из-за двери. В ее голосе чувствовалась мягкость и мольба. – Больше не о чем говорить. Я чувствую себя униженной. Нина доставала меня весь день в офисе, твоя семья, вероятно, ненавидит меня, и я действительно не хочу иметь с этим дело, а история с Клемми вышла прямо из эпизода шоу с Рики Лейк.

По крайней мере, она не назвала Джерри Спрингера. Прогресс, верно?

– Просто открой.

Пожалуйста. После объяснений я уйду.

– Я на это не куплюсь. – Я услышал, как она горько улыбнулась за дверью. – Вот так ты и пробрался обратно в мою жизнь.

Зная, что не сумею убедить ее, я повернулся и, прислонившись спиной к двери, соскользнул вниз. Сидел. Ждал. Мэд знала, что я там. Между нами повисла тишина.

– Ты сидишь у моей двери?

– Именно.

– Почему?

– Хочу, чтобы ты кое-что увидела. Я подожду.

И я сдержал слово. Ждал полтора часа. Слышал, как Мэдисон занималась своими делами. Готовила (паста, базилик и оливковое масло – запах слишком сильный, чтобы его не заметить), кормила Дейзи и смотрела серию «Ты», которую я еще не видел (черт побери).

Потом, и только потом она вернулась ко мне.

– Хорошо. Я готова выслушать все, что ты хочешь сказать, но давай кратко.

Дверь все еще оставалась закрытой. Я повернулся, глядя на нее. Отлично. Мы собирались сделать это по правилам Мэд.

– Я не отец Козявки. Вот. Я сделал тест на отцовство сегодня днем. Как только Джулиан показал мне свой. – Я просунул лист бумаги под дверь. Знал, что не могу оказаться отцом Клемми.

Даты не сходились. Если только мне не удалось оплодотворить Эмбер с Мальты, если я правильно посчитал (а я всегда считал правильно).

Мой взгляд оставался прикован к краю листа под дверью. Мэд подняла его с другой стороны. Я выдохнул, закрыв глаза от облегчения.

– Я всегда знал, что не могу быть отцом Козявки. Вот почему постоянно просил Эмбер сделать тест, когда она заводила разговор на эту тему. Ты думаешь, я бы отвернулся от своего ребенка? – прорычал я. – Черт, я люблю ее как собственную дочь, а она даже не моя.