За время знакомства с отцом Меррит Кир обнаружил в нём множество качеств, достойных восхищения. Как настоящий мужчина, граф любил охоту, езду верхом, рыбалку и стрельбу. Как и Кингстон, Уэстклиф загодя предвидел необходимость привлечения других источников дохода, помимо арендной платы за землю под фермерство в своём поместье. Он вложил деньги в промышленность и торговлю и сколотил приличное состояние, пока другие благородные семьи прозябали в нужде.

Посреди завтрака появился дворецкий и передал Кингстону послание на серебряном подносе. Кир никогда не видел телеграмму с печатью, поэтому настороженно наблюдал за тем, как Кингстон вскрывает её и читает.

Герцог слегка нахмурился.

— Итан Рэнсом приедет сегодня днём.

Уэстклиф допил кофе и проговорил:

— Чёрт возьми, самое время.

Кир взглянул на телеграмму в руке Кингстона.

— Рэнсом сообщает, что поймали человека из переулка? Или того, кто устроил пожар на складе?

Герцог покачал головой и протянул листок бумаги Киру.

— Предполагается, что оба преступления совершил один и тот же человек? — спросил Уэстклиф.

— Не обязательно, — ответил Кингстон.

 — Хотя, если намереваешься кого-то убить, лучше нанимать на это дело одного человека.

Тёмные глаза Уэстклифа сверкнули весельем.

— Такая осведомлённость пугает, — вежливо заметил он.

Губы Кингстона дрогнули.

— Не говори глупостей, Уэстклиф. Если бы я хотел кого-нибудь убить, то не отказал бы себе в удовольствии сделать это лично. — Он взял бокал с водой и лениво провёл большим пальцем по огранённой хрустальной поверхности. — Ставлю на то, что Рэнсом так и не поймал ублюдка. — Нахмурившись, Кингстон посмотрел на Кира.

 — Прошёл почти год со дня смерти Корделии. Как её душеприказчик, я должен явиться в Верховный суд послезавтра. Как только сообщу судьям, что сумел установить твоё местоположение, поверенные Ормонда сразу же попытаются поставить под сомнение тот факт, что ты сын Корделии.

— Мне нужно будет присутствовать в суде? — спросил Кир.

— Нет, лучше тебе пока оставаться вне поля общественного зрения. Мои поверенные представят доказательства твоей личности, включая больничные записи, показания свидетелей и все факты твоего рождения, которые мы сможем добыть… в результате мне придётся публично заявить, что именно я, — Кингстон замялся, — произвёл тебя на свет.

Кир тихо ахнул, его охватило мерзкое ощущение. Он отложил вилку, мгновенно потеряв аппетит. Эта сенсационная новость разлетится далеко за пределы Лондона. Кир, Кингстон и остальные Шаллоны тут же окажутся под всеобщим пристальным вниманием. Он внутренне содрогнулся, представив, какую приобретёт дурную славу, и всё из-за наследства, которое ему даже не нужно.