А потом, словно Кайла могла ослушаться его, прибавил решительнее: – Кайла? Теперь твоя очередь быть счастливой.

Глава 13

– Я чувствую себя виноватой за то, что счастлива, – выпалила Кайла.

Дэвид кивнул:

– Я чувствовал то же самое после смерти отца. Я не понимал, как люди осмеливаются радоваться.

Кайла кивнула. Именно такие чувства она испытывала. Но ее состояние усугублялось сильной растерянностью, потому что ее отношение к смерти мужа было неоднозначным.

– Но потом я вспомнил слова отца, – задумчиво сказал Дэвид. – Он говорил, что нельзя быть одновременно виноватым и счастливым.

Или испуганным и счастливым. Вот поэтому он всегда старался поступать правильно. По его мнению, истинное счастье строится на правильных поступках. И вот отчего я хочу, чтобы ты стала счастливой.

Кайла уставилась на Дэвида. Он говорил так хорошо, так убедительно…

– Дэвид?

– Что?

– Я боюсь счастья. Помнишь, ты сказал, что желания – удел детей? Я боюсь, что то, чего я желаю, меня просто разочарует. И принесет горе.

Они подошли к ее дому. Дэвид уселся на крыльцо, словно это было самым естественным поступком в мире, и похлопал ладонью по ступеньке рядом с собой.

– Было ужасно, да? – спросил он.

Кайла собиралась уточнить, что он имеет в виду, словно не понимает, о чем он говорит, но потом решила не притворяться.

– Да, – прошептала она. – Брак с Кевином был во многом ужасен. Я имею в виду, были и хорошие моменты, поэтому не пойми меня превратно.

– Расскажи мне, – потребовал он.

Кайла знала, что он предлагает ей рассказать не о приятных моментах в браке с Кевином. Она не могла не подчиниться его требованию.

И Кайла заговорила. Сначала она рассказывала медленно.

Ее откровение было сродни размыву плотины: поначалу через маленькое отверстие сочится тонкая струйка воды, затем через размытый грунт идет более устойчивый поток, а потом плотина рушится.

Она поведала ему о том, как ночами ждала Кевина, не зная, где он. Об ужасных домах, в которых они жили, и неоплаченных счетах. Она говорила о работе официанткой, уборщицей, няней и садовником. О том, как пыталась сделать так, чтобы семья не развалилась.

И чем больше Кайла работала, тем чаще Кевин саботировал все, что она делала, теряя к ней интерес.

Он стал унижать ее сначала в уединении собственного дома, а затем на людях.

– Бывает время, – наконец сказала она, – когда я испытываю облегчение оттого, что он умер.

Она раскрыла ему свой самый большой секрет. Но был и еще один.

Кайла ждала, когда Дэвид с ужасом отреагирует на ее признание, которое никто и никогда до него не слышал. Но вместо этого он продолжал молча сидеть на крыльце рядом с ней. Пес уснул у нее на руках. Кайла вдруг почувствовала, что совсем не считает себя виноватой.